Искусство 🎨

[Антуанетта]

Сегодня вечером, 29.09., в Петрозаводске

 

[Tanya_M]

Сегодня вечером, 29.09., в Петрозаводске

Выезжаю

 

[Оксана1974]

Сегодня вечером, 29.09., в Петрозаводске

Красотища 🫶

 

[Максим Л]

Сегодня вечером, 29.09., в Петрозаводске

Красиво, сколько живу в Петрозаводске ни разу подобного не видел.

 

[Антуанетта]

10 сюрреалистических фотографий от португальца, который знает, как обычный предмет может изменить весь кадр.

Фотограф / Хьюго Суиссас

 

[Антуанетта]

В Санкт-Петербурге художница Екатерина Березина «зашивает» городские раны, или трещины в стенах зданий, хрупкими скульптурами из своего проекта «Заплатки». Сейчас в городе можно найти уже 21 фигурку.

 

[Антуанетта]

Поведение стихии предугадать сложно. Ещё некоторое время назад ничего не предвещало беды, и вот на смену безмятежной морской глади пришла пожирающая всё живое буря. Картина «Прощание» написана французским художником Альфредом Гийу в 1892-м году.

Поутру небольшое рыбацкое судно вышло в море. Отец, с юности ходивший под парусом, решил приобщить сына к честному и трудному промыслу, которым испокон веков зарабатывали на жизнь его предки. Однако сегодняшний урок привёл к фатальному результату. Штормовой ветер перевернул лодку, которую тут же захлестнули потоки солёной воды.

В момент отчаянной борьбы людей с природой и произошло непоправимое событие. То ли от случайного удара, то ли вследствие иной роковой случайности молодой человек погиб, и уже бездыханного его перебросило волной через борт. Старый рыбак успел подхватить тело. Он понимает, что сохранить и доставить на сушу его не сумеет, но право проститься с ребёнком безжалостный фатум у него всё-таки не отнимет. Придерживая безжизненно повисшую фигурку в изодранной одежде, мужчина в последний раз целует дорогое дитя.

Живописец не понаслышке знал о коварстве моря. Уроженец приморского городка Конкарно, он видел немало штормов и связанных с ними трагедий. Недаром на корме терпящего бедствие судёнышка он выводит название родного города – «Concarneau».

Сегодня полотно хранится в Кемпере в коллекции Музея изящных искусств (Бретань, Франция).

 

[Антуанетта]

Винтовая лестница старого замка настолько узкая, что на ней с трудом могут разойтись 2 человека. Стражник и юная дева уже почти разминулись. Рука героини как хрупкая веточка на миг зацепилась за мужское плечо, и суровый воин благоговейно припал к ней губами. Тайное свидание быстротечно, а итог запретных отношений предрешён. Вестниками трагедии осыпались на древние каменные ступени смятые лепестки белой розы.

Полотно «Хеллелила и Хильдебранд: встреча на лестнице башни» написано в 1864-м году художником-прерафаэлитом Фредериком Уильямом Бёртоном. Сюжет композиции воспроизводит эпизод старинной датской баллады о любви принцессы и рыцаря.

Влюблённым не разрешали пожениться, и они решились на побег. Когда беглецов настигли, Хильдебранд в схватке убил отца и шестерых братьев возлюбленной. Седьмого по просьбе красавицы он пощадил и был им повержен. Непокорную королевну родственники продали в рабство. На чужой стороне несчастная вскоре скончалась от горя.

Известно, что Бёртон не переносил запаха масляных красок, поэтому творил материалами, имеющими водную основу. Эта работа выполнена акварелью. Чтобы шедевр не пострадал от нежелательных внешних факторов, его хранят в особом защитном боксе.

Картина является частью коллекции Национальной галереи Ирландии, расположенной в Дублине.

 

[Антуанетта]

Это пасмурное зимнее утро – последнее в жизни больного. У человека, стоящего на пороге вечности, осталось единственное желание, и, к счастью, оно выполнимо. Картина «Дорогой посетитель» написана австрийским художником Максимилианом Курцвайлем в 1894-м году.

Чувствуя неизбежное приближение смерти, офицер хочет попрощаться со своим конём. Красавец-скакун служил ему верой и правдой: стремительно и смело нёс в атаку, не раз выносил из-под вражеского огня, благородно вышагивал на парадах и смотрах, образцово показывал себя на учебных манёврах. Теперь умное животное взирает на некогда сильного и ловкого хозяина, который настолько не владеет своим телом, что не может приподняться на постели без помощи ординарца.

У мужчины не хватает сил посмотреть вокруг. Но, даже оставаясь с закрытыми глазами, он чувствует присутствие друга и, собрав остатки угасающей воли, поднимает руку, чтобы напоследок приласкать лошадь. Печальный исход предрешён, в подтверждение тому на прикроватной тумбе стоит задутая свеча.

Яркая форма и бравый вид солдат резко контрастируют с бледной фигурой умирающего. Распахнутая сорочка, скомканное одеяло, блёклые казарменные стены, полупрозрачная занавеска и снег за окном вызывают ассоциации с погребальным саваном, который совсем скоро покроет тело героя.

Сегодня полотно хранится в частном коллекционном собрании.

 

[Антуанетта]

Склонив голову на могильный холмик, подросток погрузился в тягостный сон. Забытье длится давно, снежная крупа успела припорошить одинокую фигуру. Картина «Сирота на могиле матери» написана сербским живописцем Урошем Предичем в 1888-м году.

После смерти родительницы мальчик стремительно повзрослел. За одну ночь горе стёрло ласковую мягкость детских ****. На бледном осунувшемся лице отныне поселилась скорбная строгость, а между бровей навсегда залегла глубокая суровая складка. Вместо плаща, спасающего от зимних ветров, мальчуган укутывается в старое шерстяное покрывало, а значит, мать и сын жили бедно. Единственным достоянием друг для друга были они сами.

Похороны состоялись недавно. Из-за наступивших заморозков зелёная поросль травы не смогла затянуть холм. Он усыпан лишь мёрзлыми бурыми комьями. Неизвестно, остались ли у героя родственники. Судя по свежеструганному, но покосившемуся кресту, вкопанному нетвёрдой рукой, кроме ребёнка в последний путь женщину провожали только немощные соседки.

Образование художник получил в Венской Академии изобразительных искусств. В середине 1880-х он возвратился в родное село Орловат, где за несколько лет создал серию работ, посвящённых жизни земляков. Холст со скорбящим парнишкой как раз относится к указанному творческому периоду.

Сегодня полотно хранится в Белграде в Национальном музее Сербии.

 

[Антуанетта]

Восходящее морозное солнце освещает старое заснеженное кладбище. По дощатой тропе, проложенной между покосившихся могильных крестов, следует маленькая процессия. Картина «Похороны первенца» написана Николаем Ярошенко в 1893-м году.

Печальное шествие возглавляет супружеская пара. Холодный ветер треплет волосы героев, но они вряд ли замечают его обжигающие порывы. Молодая мать прижимает к груди крошечный гробик, внутри которого покоится её долгожданный младенец. Безумные невидящие глаза женщины широко распахнуты, на лице застыло отчаяние, смешанное с растерянностью.

На шаг позади супруги тяжело ступает отец умершего малыша. Одной рукой он придерживает локоть жены, в другой сжимает снятую с головы шапку. Несмотря на трагическую потерю, мужчина старается не терять самообладания. Сейчас он – единственная опора для своей безутешной половины.

Последним шагает бородатый гробовщик. Закинув на плечо лопату, старик раскурил трубку. Вид чужого горя давно не бередит его сердце. Невесёлое занятие превратилось в обыденность. Вот уже много лет по этой узкой дорожке мужичок провожает в последний путь старых и малых. К своей работе и к смерти как таковой старик относится философски. Так же спокойно он, вероятно, встретит и собственную кончину.

Сегодня полотно находится в Харьковском художественном музее.

 

[Антуанетта]

«Разве ты сирота?... Успокойся, родной!»

Есть картины, которые трогают не столько мастерством художника, сколько историей, стоящей за ними. Для нас таким примером является работа Шавката Гафурова «Яблоки 1945-го», написанная в 1988 году. Она посвящена простому ташкентскому кузнецу Шаахмету Шамахмудову и его жене Бахри, которые в годы войны сделали невозможное - усыновили 15 чужих детей.

Статистика тех лет была страшная: в Узбекистан эвакуировали порядка 400 тысяч детей, половина из них осталась сиротами. У самих Шамахмудовых своих детей не было. Когда началась война, Шаахмету было 53 года, Бахри - 40. Они стали приходить на вокзал, где разгружали поезда из охваченных войной районов, и в распределительном пункте забирали одного ребёнка за другим.

Только за 1943 год кузнец стал отцом четырёх детей. И все они были разных национальностей: белоруска Рая Мальцева, татарка Малика Исламова, русский Володя Урусов. Шаахмет сам давал им имена, не спрашивая, откуда они. Для него они просто были детьми, которым нужен дом.

Но случилось и настоящее чудо. Однажды супруги забрали из распределительного пункта пятимесячного младенца, которого врачи уже считали безнадёжным. И у Бахри, которая никогда не имела своих детей, появилось грудное молоко. Она смогла выходить малыша. Шаахмет назвал его Негмат - «дар». Мальчик стал четвёртым сыном кузнеца.

Потом были другие дети. Всего их оказалось пятнадцать. Шаахмед вспоминал впоследствии в 1955 году:

"Да, тяжело нам было. Перебивались порой с хлеба на воду. Да и хлеба то иногда было в обрез. Сядем, бывало, за стол, а на нем всего одна лепешка – попробуй-ка, раздели ее на всех. Но ничего, жили небогато, но дружно".

А когда о семье Шамахмудовых написали в центральных газетах, случилась одна удивительная история. С фронта пришло письмо от старшего лейтенанта Левицкого, потерявшего во время войны своих детей. Он прислал несколько сот рублей и обещал высылать такую же сумму каждый месяц, пока будет жив. Просто так, потому что узнал о человеке, поступок которого тронул до глубины души.

Впоследствии супругов наградили орденом «Знак Почёта», Бахри получила звание «Мать-героиня». В Ташкенте появилась улица имени кузнеца, а в 1982 году в центре города установили памятник Дружба народов. Но в 2007 году его почему-то перенесли на окраину города.

Поэт Гафур Гулям посвятил детям-сиротам строки, а Анна Ахматова перевела на русский:

«Разве ты сирота?... Успокойся, родной!
Словно доброе солнце, склонясь над тобой,
Материнской, глубокой любовью полна,
Бережет твое детство большая страна.
Здесь ты дома. Здесь я стерегу твой покой.
Спи, кусочек души моей, маленький мой!
Я - отец! Я что хочешь тебе подарю,
Станут счастьем моим. Все заботы мои…»

Глядя на картину Гафурова, думаю о том, сколько же тепла должно быть в людях, чтобы в пятьдесят с лишним лет принять такое ответсвенное решение растить чужих детей, практически без всякой материальной помощи. Это глубоко трогает и восхищает.