Р. Хаяр "Змеи в костюмах или Как вовремя распознать токсичных коллег"

[atella13]

Глава 3. То, что вы видите, может быть не тем, чем кажется

Эллин взяла свою маленькую дочку и отправилась на работу. Она заперла квартиру, миновала несколько лестничных пролетов и оказалась на улице. Они вышли из автобуса на ярко освещенной центральной площади, где по вечерам прогуливались весело болтающие толпы туристов и отдыхающих. Работа Эллин зависела от этих людей, и она с нетерпением ждала удачного вечера.

На углу Мэйн-стрит и Первой образовалась толпа, преграждая Эллин путь. Пробравшись сквозь скопление людей, она увидела, что там идет игра в три карты. Туристов обычно предупреждают о мошенничестве, но всегда находится тот, кто попадается на удочку. Игра развивается так: сдающий выкладывает на небольшой столик рубашкой вниз три карты, из которых одна – король, дама или валет, а две другие – карты с цифрами. Сдающий (чаще мужчина) переворачивает карты лицом вниз, быстро перемещает их по поверхности стола и останавливается. Непрерывно болтая и развлекая окружающих, он предлагает сделать ставку на то, какая из карт окажется с фигурой. Если желающих нет, он переворачивает карты и начинает все сначала. В конечном счете кто-то из наблюдателей приходит к выводу, что его взгляд быстрее рук сдающего, и делает ставку. Но в игре побеждает только казино.

После каждой пары раскладов зрители меняются местами, и стоявшие позади продвигаются вперед. Эллин, все еще держа дочку за руку, оказалась в первом ряду. Мужчина улыбнулся и заговорил с ее дочкой:

– Ты очень красивая девочка, а еще умненькая. Совсем как мамочка! Бьюсь об заклад, однажды ты пойдешь учиться в колледж.

Он продолжал свою игривую болтовню с другими зеваками, стоявшими в первом ряду, когда одна из карт неожиданно перевернулась, на мгновение открыв лицевую сторону. Сдающий сразу же попытался перемешать карты, но Эллин и несколько других зрителей подмечали каждое его движение.

– Я в игре, – взволнованно вскрикнула она. – Я хочу сделать ставку.

– Сколько? – нерешительно спросил сдающий, а толпа придвинулась ближе, чтобы понаблюдать за происходящим.

У Эллин были с собой деньги, отложенные на оплату жилья, и, если удастся удвоить хотя бы часть этой суммы, можно будет оплатить счета. Она стояла и размышляла.

– Вы будете делать ставку или нет?! – воскликнул сдающий.

– Да-да, 100 долларов!

Находившиеся поблизости люди затаили дыхание. Судя по внешнему виду, Эллин была не из тех, у кого есть при себе сотня, не говоря уже о том, чтобы ставить такие деньги на кон в уличной игре. Поэтому сдающий отказался – ведь ему пришлось бы отдать Эллин вдвое больше денег, если бы она выиграла, – но из толпы послышались голоса.

– Дай ей сыграть! – кричали одни.

– Да, возьми ставку! – присоединялись другие.

У сдающего был взволнованный вид.

– Ну ладно, – сказал он. – Покажите мне свои деньги.

Эллин еще больше занервничала, поскольку не понимала, почему должна показывать деньги, ведь она в любом случае выиграет, но мужчина настаивал.

– Ну же, покажи ему деньги, – сказал кто-то позади нее.

Достав из бюстгальтера деньги, она вытянула стодолларовую банкноту и держала ее в руке перед собой.

– Выбирайте карту, – сказал сдающий, и Эллин сделала выбор. Казалось, все происходит словно в замедленной съемке, на самом же деле несколько следующих событий произошли очень быстро.

Сдающий перевернул карту, выбранную Эллин, – это оказалась бубновая семерка; потом соседнюю – трефовый король. Вдруг из задних рядов толпы кто-то закричал: «Копы!» Сдающий выхватил у Эллин стодолларовую банкноту, мгновенно собрал карточный столик и вместе с сообщниками буквально ввинтился в движущийся по улице поток туристов и отдыхающих. Эллин остолбенела. Она была в шоке. Она проиграла. Глаза ее были полны слез. «Деньги за квартиру», – прошептала Эллин. Кто-то из наблюдателей ушел, покачивая головой. Пожилая женщина в поношенном синем пальто попыталась успокоить Эллин и погладила ее маленькую дочку по голове. Женщина вытащила из своего кошелька 10 долларов и дала их Эллин. Несколько других прохожих сделали то же самое, но все эти жесты альтруизма и доброй воли не могли компенсировать Эллин утраченные деньги за жилье и стыд за то, что она попалась на один из самых старых мошеннических трюков. В этой афере, как и во многих других, мастерски используются основные свойства человеческой натуры, а в роли мишени выступает ничего не подозревающая жертва.

Тот факт, что от одного до двух процентов населения составляют психопаты, дает основания полагать (и даже быть почти уверенными), что большинство из нас в течение дня сталкиваются хотя бы с одним из них. Однако способность психопатов скрывать свою истинное лицо не позволяет нам отличать их от окружающих. И хотя мы действительно наблюдали описанную выше сцену на углу улицы одного из крупных американских городов, из-за отсутствия дополнительной информации невозможно определить, кто этот человек – психопат или просто мошенник. Нам известно только то, что это мелкий преступник (игра с тремя картами запрещена законом города), обманом заставляющий любопытных и доверчивых людей расставаться с деньгами. Туристы, вероятно, сочтут такое событие «сценой из жизни», о котором можно будет, вернувшись домой, рассказать друзьям, тем не менее было совершено преступление – это факт.

Неужели психопаты способнее нас?

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ С ПСИХОПАТАМИ

Дело в том, что некоторые способности психопатов, а точнее навыки, затрудняют распознавание их истинной сущности. Во-первых, у них есть талант «читать» и быстро оценивать людей. Психопат определяет, что человеку нравится и не нравится, а также его мотивы, потребности, слабые, уязвимые места. Он с легкостью играет на наших эмоциях. У всех людей есть болевые точки, на которые можно надавить, и психопаты в большей степени, чем другие, готовы это сделать (подробнее мы поговорим об этом в следующей главе).

Во-вторых, часто психопаты обладают превосходными навыками общения. Во многих случаях эти навыки скорее кажущиеся, чем настоящие, по причине готовности психопатов без промедления вступить в разговор, минуя любые социальные запреты, как правило, сдерживающие остальных. Психопаты пользуются тем, что для большинства содержание информации менее важно, чем форма ее подачи. Уверенная и агрессивная манера речи, нередко изобилующая жаргонными словечками, клишированными и броскими фразами, компенсирует отсутствие истинного смысла и искренности в их взаимодействии с окружающими. Этот навык в сочетании с убежденностью, что они заслужили все, до чего смогут дотянуться, позволяет психопатам в процессе коммуникации использовать информацию о человеке против него самого. Психопаты знают, что и как сказать, чтобы оказать на него влияние.

В-третьих, психопаты – мастера управлять впечатлением. Понимание психологии людей в сочетании с поверхностной, но убедительной беглостью речи позволяет им мастерски менять социальные маски и план игры, подстраиваясь под ситуацию. Психопаты известны способностью носить множество масок и менять их в зависимости от того, с кем взаимодействуют, внушая симпатию своим жертвам. Мало кто заподозрит, что имеет дело с человеком, который играет на его личностных особенностях и слабых местах. В великой карточной игре жизни психопаты знают, какие карты у вас на руках, и – мошенничают.

Исследователи, общавшиеся с известными психопатами, часто называют их социальными хамелеонами. Ради выживания хамелеон способен принимать окраску окружающей среды. Закрепившись на листе или ветке, он становится зеленым или коричневым, меняя цвет кожи, чтобы слиться с окружающей средой. Таким образом, под покровом самой природы эти существа остаются невидимыми для врагов и при этом могут незаметно подкрадываться к насекомым, которыми питаются. Это идеальные невидимые хищники. Подобно хамелеонам, психопаты способны долго скрывать от жертвы свою истинную сущность и намерения.

Разумеется, большинство из нас могут быть обаятельными, успешными и гибкими в социальном взаимодействии, оставаясь при этом честными людьми. Многие используют методы управления и манипулирования, чтобы внушить другим симпатию, завоевать доверие или получить желаемое. Нередко это происходит неосознанно, но порой и в результате подготовки, практики и планирования. Однако стремление (и совершение действий) понравиться и заслужить уважение необязательно говорит о нечестности или неискренности, ведь потребность в одобрении и признании окружающих для человека естественна. Социальное манипулирование превращается в лицемерие, если на самом деле вам безразличны чувства людей или вы пытаетесь воспользоваться их расположением в собственных интересах. Разница между поведением психопатов и непсихопатов состоит в стремлении первых несправедливо и бессердечно использовать окружающих. Психопатам безразлично, навредит ли человеку сказанное ими, если при этом они получат желаемое; кроме того, они умело притворяются. Все это в сочетании с развитыми навыками манипулирования объясняет, почему под обаятельной личиной трудно распознать психопата. (См. раздел «За кулисами: используйте то, что имеете» в конце этой главы.)

Впрочем, не все психопаты искусные манипуляторы. Для успешного взаимодействия с окружающими некоторым не хватает социальных или коммуникативных навыков либо образования, поэтому они прибегают к угрозам, принуждению, устрашению и насилию, стараясь навязать свою волю и получить желаемое. Но наша книга скорее не о них, а о тех, кто может и готов использовать свое «убийственное» очарование для обмана и манипулирования людьми. Однако если обаяние не дает нужного результата, психопаты без труда переходят к скрытому или явному запугиванию. (См.
Психопатия и нарциссизм

Следует отметить, что психопатия – расстройство личности, а это не то же самое, что психическое заболевание. У человека с расстройством личности формируются стереотипные способы реагирования, применяемые им для решения большинства проблем, с которыми он сталкивается. Здоровые люди обладают целым диапазоном моделей поведения и используют наиболее эффективную в сложившейся ситуации.

Из-за ограниченности кругозора и отчасти негибкого подхода люди с расстройством личности сталкиваются в жизни с определенными трудностями. Им нелегко ориентироваться в мире, который не функционирует подобно улице с односторонним движением, как им хотелось бы. В то же время окружающие могут считать их замкнутыми, предсказуемыми и порой, увы, назойливыми.

Согласно пятому изданию Диагностического и статистического руководства по психическим расстройствам (DSM-V), психиатры выделяют десять видов расстройства личности, в том числе нарциссическое и истерическое; их суть важно понимать, поскольку это имеет отношение к психопатии. Например, нарциссическое расстройство личности характеризуется чрезмерной потребностью в восхищении и чувстве превосходства. Согласно DSM-V, для нарциссического расстройства характерны гипертрофированное чувство собственной значимости (в фантазиях или поведении), потребность в восхищении, притязания на особые права и отсутствие эмпатии [81].

По мнению нарциссов, все происходящее – то, что говорят или делают люди, – вертится вокруг них. В любой ситуации они стремятся быть в центре внимания, в том числе перехватывают инициативу в разговоре и принижают других. В распоряжении нарциссов нет таких моделей поведения, как внимательное отношение к потребностям и желаниям окружающих, способность делиться, проявлять заботу и внимание, получать обратную связь. Они не возражают, когда их называют нарциссами, поскольку не видят в этом ничего плохого и воспринимают патологическое самолюбование как естественную реакцию на свое бесспорное совершенство. «В конце концов, – думает нарцисс, – что во мне может не нравиться?» Некоторые порой даже жалуются, что талант и красота – это бремя, которое им приходится нести.

Нарциссы с трудом осваивают альтернативные модели поведения, но со временем, при определенной поддержке, могут научиться смягчать свои реакции и то негативное влияние, которое оказывают на окружающих. Серьезная проблема возникает тогда, когда нарциссические черты, особенно притязания на особые права и отсутствие эмпатии, перерастают в антисоциальное, деструктивное поведение. Такую модель можно назвать агрессивным, или злостным, нарциссизмом, и ее трудно отличить от психопатии.

Истерическое (гистрионное) расстройство личности также характеризуется рядом ****, свойственных психопатам, из которых наиболее заметны чрезмерная эмоциональность и потребность в одобрении. В социальных ситуациях такие люди ведут себя слишком драматично, эмоционально и порой театрально, а когда стараются привлечь к себе внимание, то даже игриво. Однако в отличие от нарциссов они не всегда стремятся к превосходству и могут принять второстепенную роль (если таковая найдется), если она обеспечит им необходимую психологическую поддержку.

Поставить диагноз «нарциссическое» или «истерическое расстройство личности» можно незначительному количеству людей: 1 и 2–3 процента соответственно. Гораздо больше людей скорее кажутся окружающим нарциссами либо истериками, чем действительно ими являются. Кроме того, некоторых психопатов иногда можно ошибочно отнести к числу нарциссических либо истерических личностей ввиду демонстрируемой ими на публике эгоцентричности или эмоциональности. Это затрудняет диагностику психопатологии и нередко вводит в заблуждение тех, у кого мало опыта взаимодействия с подобными субъектами [82]. Диагностировать расстройство личности, включая психопатию, а также отличить ее от других расстройств, под силу только опытным психиатрам.

(Примечание. Выше представлено упрощенное описание расстройств личности. Читатели, интересующиеся этой темой, могут обратиться к руководству DSM-V [83], которым пользуются медицинские специалисты, для получения более подробной информации о сходствах и различиях между психопатией и другими расстройствами личности.)

Манипулятивный подход к жизни

Многие психопаты – искусные манипуляторы и игроки и ради достижения своих целей идут на любые ухищрения. Качества и характеристики, отмеченные Хаэром и Клекли, служат психопатам хорошую службу, и их лучше всего анализировать в том контексте, в каком они проявляются в жизни. Понимание того, как психопаты выступают на публике и как взаимодействуют с людьми, позволит хотя бы мимолетно разглядеть реальный облик человека, скрывающегося за очаровательным фасадом (мы называем это психопатией в динамике), и, надеемся, поможет читателям защититься от его изощренных манипуляций.

Начнем с рассмотрения стратегий и тактик, используемых многими психопатами в рамках трехэтапного процесса – естественного проявления их личности, которое чаще происходит автоматически, а не сознательно планируется.

ЭТАП 1: ОЦЕНКА

Психопаты любят играть в игры с людьми. Возможность обманывать и манипулировать – их основной мотиватор. Они постоянно ищут, кого бы обвести вокруг пальца, поэтому первый этап психопатической динамики сводится к определению или оценке жертвы. Одни психопаты – беспринципные, агрессивные хищники, использующие в своих интересах почти каждого, кого встречают на пути; другие более терпеливы и ждут встречи с «идеальной» жертвой. В любом случае они постоянно оценивают потенциальную полезность человека как источника денег, власти, секса или влияния. В этом смысле для них особенно привлекательны знаменитости и люди, обладающие властью и высоким социальным статусом.

В деловом мире легко встретить людей, наделенных властью: просторные кабинеты и замысловатые должности – очевидный способ определения того, кто есть кто в организации. Но не думайте, что отсутствие большого кабинета или впечатляющего звания означает, что у вас нет власти или активов, которые психопат может счесть полезными для себя. Вы секретарь и контролируете доступ к боссу и его расписанию? Или представитель профсоюза, способный сгладить конфликты с сотрудниками и возникающие в связи с этим трудности? Может, вы подключены к «сарафанному радио» компании или имеете доступ к источникам информации, распространяемой среди посвященных? Все это примеры неформальной власти, и умные психопаты могут использовать ее для расширения масштаба своих личных целей.

Помимо оценки потенциальной выгоды, психопаты определяют слабые места и механизмы психологической защиты человека, чтобы разработать план нападения. Они делают это разными способами и в разной степени, поскольку на их оценку влияет личный стиль, опыт и предпочтения. Одним нравится решать сложные проблемы, поэтому они выбирают уверенных в себе, хорошо защищенных знаменитостей или проницательных профессионалов с развитым эго. Другие предпочитают охотиться на тех, кто находится в ослабленном, уязвимом состоянии. К этой категории относятся одинокие люди или те, кто испытывает нужду в эмоциональной поддержке и близких отношениях; пожилые, живущие на фиксированный доход; несовершеннолетние или простодушные люди, а также те, кто недавно пострадал или стал жертвой преследования. Возможно, полезность последней категории не очевидна с сугубо материальной точки зрения, но субъективная легкость установления контакта делает их привлекательными для криминального психопата, взвешивающего затраты времени и энергии.

На этом этапе проявляется ряд психопатических ****. Как правило, психопаты стремятся демонстрировать окружающим, что находятся на вершине карьеры, надевая для этого маску высокого положения и успеха, хотя на самом деле ведут паразитический образ жизни. Они предпочитают жить за счет чужого труда, а не собственных усилий, поэтому обычно выбирают образ жизни искателя приключений, бездельника и транжиры. Ради этого они без всяких угрызений совести просят, а часто даже требуют финансовой поддержки у других. Во многих случаях таким кормильцем становится член семьи или друг, но вполне может быть и незнакомец, которого психопат путем соблазна или хитрости заставляет обеспечивать ему пищу, жилье и доход.

В том, чтобы в трудные времена полагаться на чью-то помощь, в том числе и государства, нет ничего необычного или предосудительного, но психопаты бессовестно используют других, даже если физически здоровы и способны обеспечить себя сами. Безусловно, не все психопаты бездельники, но даже те из них, у кого есть работа, предпочитают явно или скрыто жить за счет окружающих, причем как сослуживцев, так и работодателей.

Психопаты лишены сострадания и, возможно, даже основного понимания человеческих чувств. Показательно, что экономическое и эмоциональное воздействие их паразитического поведения на окружающих не имеет для них никакого значения, отчасти потому, что, с их точки зрения, в мире, где человек человеку волк, все такие же алчные, как и они. К тому же создается впечатление, что психопаты не способны составить точный эмоциональный портрет другого человека, ошибочно полагая, что эмоциональная жизнь окружающих столь же поверхностна и бессодержательна, как и их собственная. В их психическом мире люди существуют только в качестве объектов, целей или препятствий. Это одна из самых сложных особенностей психопатов, с которой большинству людей труднее всего примириться (или даже просто осмыслить). Кроме того, психопаты не испытывают раскаяния и чувства вины. Можно предположить, что они потому и становятся столь успешными социальными хищниками, что напрочь лишены угрызений совести.

В дополнение к желанию паразитировать и отсутствию эмоциональной составляющей существуют свидетельства того, что психопаты нуждаются в значительной стимуляции новизны, избавляющей их от скуки. Эта потребность, которая, как показывают последние исследования, может быть обусловлена физиологией головного мозга, во многих случаях толкает их на поиск новых, волнующих перспектив и легкомысленный переход от одних отношений к другим. Большинство людей способны в течение длительного времени тяжело работать и терпеть монотонность ради достижения важных жизненных целей, таких как учеба в университете, профессиональная подготовка или работа в должности начального уровня в надежде на повышение. Психопаты же ищут легких путей для достижения аналогичных целей и с большим трудом переносят фрустрацию.

Многим из них удается окончить университет или получить диплом о профессиональном образовании, но в большинстве случаев это скорее результат мошенничества, выполнения работы чужими руками и в целом стремления «обойти систему», а не упорного и самоотверженного труда. Поступив на работу, психопаты всячески избегают монотонных и трудных заданий, для выполнения которых требуется длительная и серьезная самоотдача. Они не понимают, по какой причине кому бы то ни было, в том числе и их сослуживцам, приходится усердно трудиться или ждать своей очереди, чтобы получить желаемое. Их потребность в стимуляции проявляется в склонности к рискованным поступкам и поиску острых ощущений. Многие обычные люди тоже не прочь испытать прилив адреналина, особенно спортсмены, и демонстрируют сходные модели поведения, но, в отличие от психопатов, они оценивают риск для себя и окружающих, как правило, не подвергая их опасности. К несчастью для общества, потребность психопатов в возбуждении нередко перерастает в антисоциальное и даже криминальное поведение.

Психопаты испытывают чувство превосходства, считая, что окружающие им чем-то обязаны. Кроме того, они всегда готовы воспользоваться чужим имуществом. Из-за гипертрофированного чувства собственной значимости психопаты убеждены, что другие люди существуют исключительно для того, чтобы заботиться о них. Считая большинство людей слабыми, ничтожными и легко поддающимися обману, мошенники-психопаты часто говорят, что их жертва заслужила подобное обращение. Порой их чувство превосходства настолько велико, что они утверждают, будто делают своей жертве подарок, позволяя поддерживать их. Это особенно характерно для руководителей сект – шарлатанов или полных психопатов, но бывают и менее очевидные случаи. Высокомерное отношение к окружающим многие наблюдатели назовут дерзким и эгоистичным, но, как будет показано ниже, некоторые находят подобное поведение в определенной мере привлекательным и даже харизматичным.

ЭТАП 2: ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ МАНИПУЛЯЦИЯ

После выявления потенциально полезных для себя людей психопаты начинают завлекать их с помощью обаяния и обмана, который мы обозначили как психопатический вымысел. Это и есть начало этапа манипулирования.

Здесь их основная задача – завоевать доверие жертвы. Психопаты мастерски владеют способностью очаровывать людей. Они обладают располагающей манерой поведения и умеют понравиться с первого взгляда. Обычно они тщательно продумывают свой образ и скрывающую их истинную сущность маску.

Далее мы подробнее рассмотрим, как они это делают, но если говорить в общих чертах, то психопат способен казаться сильным, простодушным, властным, честным, кротким, заслуживающим доверия, любящим земные блага или наделенным любыми другими качествами, под воздействием которых окружающие будут положительно реагировать на его манипулятивное поведение. Психопаты используют социальные стереотипы для создания нужного образа, например, могут производить впечатление страждущего художника, обиженного супруга, успешного бизнесмена, знаменитости, представителя уважаемой профессии или человека, имеющего связи с богатыми известными (или печально известными) людьми.

Конечно, некоторые психопаты в стремлении понравиться перебарщивают и кажутся слишком поверхностными, легкомысленными и неубедительными. Однако наиболее талантливые возводят свое умение очаровывать в ранг искусства, гордясь (и часто даже хвастаясь) своей способностью представить окружающим настолько убедительную вымышленную личность, что, принимая ее на веру, люди не могут разглядеть их истинную суть. Психопаты легко справляются с задачей, которая часто не по силам политикам, агентам по продажам и промоутерам, – производить впечатление на слушателей своими выступлениями. При рассмотрении уголовных дел вызывающую симпатию маску искренности, порядочности и честности, демонстрируемую психопатами, удается разрушить только после полного разоблачения их чудовищных преступлений или умелых афер. Да и в менее серьезных случаях понадобится много каждодневных контактов, прежде чем истинное лицо психопата станет видно небольшому числу внимательных наблюдателей, но это редко происходит с теми, с кем он взаимодействует, поскольку их жертвы верят в искусственный образ.

Почти патологическая способность безнаказанно лгать дает им возможность успешно пользоваться доверием жертвы. Не обремененные социальной ответственностью, страхом разоблачения, эмпатией, угрызениями совести или чувством вины (естественными факторами сдерживания антисоциального поведения), психопаты сочиняют свои небылицы так убедительно, увлекательно и креативно, что многие слушатели доверяют им неосознанно.

Может показаться, что паутина лжи рано или поздно станет явной и приведет к разоблачению психопата, но такое происходит редко. Большинство наблюдателей не замечают обмана, к которому во многих случаях прибегает психопат, чтобы развеять сомнения и опасения жертвы, а также подкрепить свой вымысел. Несколько театральные, но все же убедительные истории и увлекательные объяснения призваны усилить атмосферу доверия, принятия и неподдельного восторга. В итоге большинство людей принимают кажущийся образ психопата и почти подсознательно оправдывают любые замеченные несоответствия. Психопаты не смущаются даже тогда, когда в их истории начинают сомневаться или их ловят на лжи: они просто меняют или развивают сюжет, чтобы связать все искажающие детали в убедительную картину. Развитые навыки устной коммуникации помогают им превратить бесконечный поток дезинформации в правдоподобный, разумный и логичный. Некоторые психопаты так умело владеют этими навыками, что могут навязать другим поистине райскую картину мира, в которую почти готовы поверить и сами.

Как ни странно, психопаты лгут даже тем, кому уже известна правда о вещах, о которых идет речь. Поразительно, но во многих случаях жертвы начинают сомневаться в своем знании правды, меняют взгляды и верят тому, что говорит психопат, а не тому, что известно им. Такова сила психологических манипуляций. Некоторые психопаты даже гордятся своей ловкостью, высмеивая легковерность жертв и хвастаясь тем, как им удалось кого-то одурачить. Следует отдать им должное: во многих случаях у них есть все основания для такого самовосхваления.

Остается неясным, почему лгут психопаты – по той причине, что это эффективная тактика достижения цели, или потому, что сама ложь доставляет им удовольствие, а может быть, и то и другое? Вероятно, в юношеские годы они не осознали всей важности честности, а, напротив, узнали о пользе лжи с точки зрения получения желаемого. У обычных детей склонность лгать и искажать факты с возрастом ослабевает, а психопаты лишь развивают эту способность, не видя смысла говорить правду, если она не помогает получить то, что они хотят. Различие между ложью психопатов и нормальных людей состоит в том, что обычные люди, обманывая, оказывают менее безжалостное, преднамеренное, губительное и разрушительное воздействие на жизнь окружающих. Их обман носит гораздо менее всеохватывающий характер, потому что врут они лишь иногда.

Так, игроки в п.окер; мужчины, склоняющие женщин к сексу; подростки, уговаривающие родителей разрешить им пойти на вечеринку; бизнесмен, стремящийся заключить сделку; политик, добивающийся переизбрания, – все эти люди могут лгать о разном, чтобы достичь своих целей. Однако в отличие от психопатов их легкую, но циничную лживость нельзя считать интегральной неотъемлемой частью личности, поскольку она не сопровождается другими качествами, характеризующими психопатию.

Еще одна черта психопатов – стремление избегать ответственности. Если что-то пошло не так, они обвиняют людей, обстоятельства, судьбу – все что угодно. Психопаты располагают внушительным запасом оправданий, почему их нельзя обвинить, даже если сказанное или сделанное ими причинило кому-то вред. Перекладывание ответственности служит двойной цели – укрепить собственный положительный образ и очернить соперников и недоброжелателей, демонстрируя лояльность к слушателям и выдвигая свои обвинения в адрес других. Иными словами, психопаты, перекладывая ответственность на третьих лиц, делают вид, что помогают человеку или защищают его от причинения вреда. Во многих организациях найдутся сотрудники, которые не доверяют компании или на что-нибудь обижены. Психопаты могут использовать эти искренние чувства, чтобы обеспечить поддержку своей позиции. Другая распространенная уловка – обвинить в своем поведении систему, компанию или общество в целом.

Неудивительно, что даже те психопаты, которые признаются в совершении преступления, стремятся минимизировать в нем свое участие и негативные последствия для жертвы. Они могут даже обвинять своих жертв в их собственных неудачах и называть убедительные причины того, почему те получили по заслугам!

Поскольку этап манипулирования – основной инструмент в арсенале психопатов, в последующих главах мы посвятим немало времени рассмотрению стратегий и тактик, которые они при этом применяют.

ЭТАП 3: РАЗРЫВ ОТНОШЕНИЙ

Вытянув из своей жертвы все, что представляло для него ценность, психопат разрывает с ней отношения и переключается на кого-то другого. Такой разрыв чаще всего происходит внезапно (однажды человек просто исчезает), при этом жертва может не осознавать, что манипулятор ищет новую мишень. Совершая такие преступления, как хищение личных данных, мошеннические операции с кредитными картами или строительная афера, психопат фактически растворяется в воздухе, обычно возникая в другом месте с новой идентичностью. Появление интернета облегчило жизнь преступников-психопатов: у них появилась масса возможностей легко осуществлять свои замыслы, оставаясь при этом безнаказанными.

Чтобы безжалостно разорвать отношения с человеком, причинив ему боль, нужно быть невосприимчивым к чувствам других. Психопаты делают это без труда, поскольку у них плохо (или слабо) развита эмоциональная и социальная привязанность. Причинив кому-то боль, большинство людей обычно испытывают укоры совести и чувство вины. Однако у психопатов крайне смутное понятие об этих категориях и порой угрызения совести они считают забавным недостатком людей, который, разумеется, можно использовать в своих интересах. Безусловно, они даже не думают о том, что их поведение повлечет за собой пагубные последствия и для них, и для окружающих. Отчасти это объясняется тем, что прошлое и будущее для психопатов не столь важно, как настоящее. Эмоциональная глухота не позволяет им понять, что у других может быть гораздо более насыщенная внутренняя жизнь. В результате к окружающим они относятся как к объектам или пешкам, которые можно передвигать по собственному усмотрению. Иначе говоря, психопатам легче понять интеллектуальную, а не эмоциональную сферу жизни окружающих, поэтому они оценивают людей исключительно с точки зрения их полезности, а использовав, выбрасывают за ненадобностью.

Между тем эгоистичный, ограниченный подход к жизни влечет за собой предсказуемые последствия. Во-первых, на протяжении жизни психопаты завязывают много краткосрочных связей, что является прямым следствием процесса «оценка – манипулирование – разрыв отношений». Сближаясь со многими людьми, психопат заявляет о своей преданности и бросает их, когда польза от них исчерпывается. В итоге у него оказывается несколько традиционных и гражданских браков, краткосрочных отношений с совместным проживанием и тому подобного. Во многих случаях психопаты оставляют после себя след из обманутых возлюбленных, экс-супругов (возможно, подвергавшихся насилию), а также детей, которых они и не думают поддерживать. Порой такая модель поведения создает психопату репутацию плейбоя, и некоторые субъекты даже способствуют ее формированию, чтобы придать своему статусу ореол таинственности.

К несчастью для партнеров, отношения с психопатом всегда односторонние, в них нет истинной близости, зато часты угрозы, издевательства и насилие. Как ни печально, среди тех, кто жестоко обращается с супругом, каждый пятый является психопатической личностью. Между тем многим из них удается избежать тюремного заключения благодаря участию в предписанных судом программах лечения, которые не приносят никакой пользы ни им самим, ни их партнерам. Другие же умудряются полностью обвести вокруг пальца прокуроров, судей, терапевтов и назначенных судом опекунов и избежать наказания.

Во-вторых, несмотря на заверения в обратном, большинство психопатов не строят карьеру и не имеют достижимых жизненных целей. Впрочем, отсутствие карьеры не мешает им заявлять о самых разных целях и достижениях, сочиненная история успеха настолько убедительна, что окружающие верят им на слово. В мире бизнеса их вымышленные достижения находят отражение в лживых резюме; рекомендательных письмах, составленных ими самими (при этом они подписываются именами своих друзей); фальшивых дипломах и наградах на стене. Четких целей и задач нет даже у психопатов, избравших криминальный путь: они совершают различные ситуативно обусловленные преступления, а не специализируются на правонарушениях определенного типа, как обычные преступники. Это следствие импульсивности, слабого поведенческого контроля и низкой устойчивости к фрустрации.

Итак, подытожим. Сначала психопаты определяют полезность человека, а также его сильные и слабые стороны. Затем они манипулируют жертвами, «скармливая» им аккуратно сочиненные послания (психопатический вымысел) ради обретения контроля над ними. После чего выжимают из жертвы все физические, психологические, эмоциональные или финансовые ресурсы. И наконец, бросают «выпотрошенную» и одурманенную жертву, когда она им надоедает или утрачивает свою полезность.


Вопросы для размышления

• Приходилось ли вам в личной или профессиональной жизни сталкиваться с человеком, в чьей модели поведения прослеживается цепочка «оценка – манипулирование – разрыв отношений»?

• Есть ли у вас друзья, ставшие жертвой манипуляций и покинутые кем-то, с кем, по их мнению, у них были стабильные отношения? Какие детали истории они вам поведали?

• Знаете ли вы человека, которого можно было бы описать как холодного и пустого, лишенного обычных человеческих эмоций?

• Приходилось ли вам имитировать эмоции, соответствующие ситуации? Какие? Вам это удавалось?

За кулисами

Используйте то, что имеете

Умные, благовоспитанные и внешне привлекательные психопаты способны разрушительно влиять на жизнь людей, с которыми встречаются. В пример можно привести Кэролайн, очень красивую и умную 52-летнюю британку, чей отец был адвокатом, а мать – успешной театральной актрисой. Кэролайн училась в нескольких лучших школах, но редко задерживалась в одной надолго. Иногда у нее возникали трудности, скажем, она не смогла объяснить пропажу денег во время своей волонтерской работы в благотворительной организации, но родители всегда выручали дочь. Вращаясь в модных кругах, Кэролайн заводила множество интрижек.

К тридцати годам женщина связалась с псевдорелигиозным культом, и «прямая линия со святыми» помогала ей манипулировать пожилыми людьми, заставляя их купить собственный «кусочек неба». Позже она познакомилась с международным контрабандистом и в конце концов попала за решетку, получив три года тюрьмы за перевозку алмазов.

Кэролайн – прекрасная собеседница, она излучает столько очарования и остроумия, что надолго захватывает ваше внимание. Свои жизненные обстоятельства и приведшие к ним события она выставляет в романтическом свете. Кэролайн нравится полная приключений и эмоционального возбуждения жизнь. Последние два десятилетия она вела именно такой образ жизни, регулярно совершая поездки между Йоханнесбургом, Нью-Йорком, Тель-Авивом и Амстердамом с целью контрабанды алмазов, и каждый раз перевозила партии стоимостью в тысячи долларов.

Необычная деятельность Кэролайн до тех пор, пока не прервался длинный список ее успешных афер и мошенничества, обеспечивала ей двойное вознаграждение – доход, позволявший жить на широкую ногу, и постоянный источник эмоций. Кэролайн заявила, что, идя по аэропорту с контрабандными алмазами, испытывала невероятно острые ощущения, «ни с чем не сравнимый кайф». Первый раз ее поймал сотрудник таможни, но ей удалось уговорить его не выдавать ее полиции и, несмотря на то что он был женат, даже завести интрижку. Будучи пойманной во второй раз, Кэролайн выдала таможенника в рамках сделки со следствием. Этот человек потерял семью, работу и репутацию, что нисколько не тронуло мошенницу: «Он хорошо провел время, а теперь вечеринка закончилась».

Сожаления Кэролайн были связаны с окончанием карьеры контрабандистки, поскольку о ней стало известно в Интерполе. У нее были смутные планы стать после освобождения фондовым брокером или агентом по продаже недвижимости, а пока она искала способ добиться депортации – в надежде на то, что это приведет к сокращению срока заключения. В письме одному британскому чиновнику по поводу своего дела Кэролайн намекнула, что его жене или подруге, вероятно, понравится «маленькая сверкающая штучка на пальце», а она легко это устроит. Однако план не сработал, хотя ей удалось избежать ответственности за взяточничество. Ее нынешняя жизненная ситуация и местонахождение неизвестны.

Преступники в «красных воротничках»

В мае 2003 года я (Хаэр) должен был выступать на конференции Западной психологической ассоциации в Ванкувере. Рабочее название моего выступления звучало так: «Змеи в костюмах: как вовремя распознать токсичных коллег и не пострадать от их деструктивных действий». Представляя меня публике, Дэл Паулхус сказал, что моя исследовательская деятельность переместилась из мест заключения на места рабочие. И прежде чем я смог начать выступление, ко мне подошли двое шерифов и спросили, не я ли доктор Роберт Хаэр. Получив подтверждение, они вручили мне повестку в суд. Я не мог без очков разобрать, что в ней написано, но разглядел цифры: 250 тысяч долларов. Повернувшись к Дэлу, я сказал, что, возможно, он поторопился, сообщив, что больше не буду иметь дел с заключенными. Повестка в суд была от американского адвоката, осужденного за хищение денег клиентки, которую он затем убил, чтобы скрыть следы мошенничества. Я описывал этот случай в книге «Лишенные совести», и, поскольку в ходе судебного разбирательства его дела были использованы отрывки из моей книги, чтобы сделать невозможным перевод заключенного в тюрьму нестрогого режима, он решил использовать это как повод взыскать с меня компенсацию. Он собственноручно составил повестку еще в октябре 2002 года, но вручили мне ее только в мае 2003-го. Как оказалось, в декабре истец умер. Суд нашел иск безосновательным и закрыл дело.

Я упоминаю об этом случае, поскольку он отлично дополняет последние исследования Фрэнка Перри, юриста, специализирующегося на уголовных делах, который называет таких преступников «красными воротничками» [84] – по аналогии с преступниками в «белых воротничках», совершающими махинации с документами клиентов, а затем убивающими их, чтобы те не успели обнаружить и сообщить о мошенничестве. Перри приводит много подобных примеров и утверждает, что большинство таких преступников обладают явно выраженными чертами психопатов. Внимательно изучив их биографии, Перри и его коллеги заключили, что совершение убийства не было для них чем-то из ряда вон выходящим. «Можно даже утверждать обратное: способность “красных воротничков” к хладнокровному убийству изначально была тем семенем, которое прорастало, когда возникали соответствующие условия» [85].

 

[atella13]

Акт 2, сцена 1. Свой парень

Дейв ехал по корпоративной автостоянке в поисках свободного места. Он проспал и потому опаздывал. Обычно он приходил раньше Фрэнка, поэтому поклялся себе больше не опаздывать и направился на гостевую парковку, где точно были свободные места. На «краю земли» – так называли парковку в дальнем конце комплекса – было достаточно места, но Дейву не хотелось идти, ведь он мог бы припарковаться гораздо ближе. «Нужно было попросить для себя зарезервированную стоянку», – подумал он, рассматривая новенький «лексус» Дороти на месте, выделенном для «лучшего сотрудника месяца» рядом с автомобилем Джека Гарридеба. Дейв знал, что Дороти – перспективный младший специалист из отдела маркетинга. «Мне следовало работать в отделе маркетинга», – подумал он, припарковавшись на первом свободном месте для посетителей, схватил портфель и открыл дверь.

Тодд, охранник автостоянки, делал очередной обход. Его вполне устраивала работа в утреннюю смену. Будучи общительным человеком, Тодд любил приветствовать сотрудников, приезжавших на работу, а кроме того, в Garrideb Technologies он получал большое вознаграждение – гораздо выше того, на что мог бы рассчитывать в других компаниях. Тодд заметил красный спортивный автомобиль, заезжающий на гостевую парковку, и решил выяснить, что происходит.

– Вы работаете в Garrideb, не так ли? – спросил он, увидев пропуск Дейва.

– Что? Да, я опаздываю на встречу с правлением, – сказал Дейв, выбираясь из машины. – Я из исследовательского отдела; у меня планы по разработке новой линейки продуктов, – добавил он, поднимая портфель, – и, если я опоздаю на встречу, это не сулит ничего хорошего ни мне, ни вам.

– Сотрудники паркуются на стоянках B, C и D, сэр, – напомнил Тодд. – Боюсь, мне придется попросить вас переставить машину на служебную автостоянку.

– Послушайте, Тодд, – сказал Дейв, рассмотрев имя охранника на бейджике, – я же сказал вам, что у меня очень важная встреча.

– Сэр, вам нельзя здесь парковаться, – строго возразил Тодд.

Однако Дейв, бросив на него неприязненный взгляд, закрыл дверцу автомобиля и направился к входу в здание.

– Мне придется выписать вам штраф, – сказал охранник, когда Дейв уже уходил.

– Делайте то, что должны, Тодд. Мне все равно, и, думаю, некоторым важным людям тоже будет все равно, после того как я представлю им свои материалы, – уходя, громко произнес Дейв. – Новые продукты компании оплачивают вашу зарплату, Тодд, не забывайте об этом! – воскликнул он, не оборачиваясь.

– Привет, Дейв, – проворковала Дебби из отдела бухгалтерского учета.

Она взяла за правило каждое утро прогуливаться по коридору в сторону холла, чтобы встретиться с Дейвом, и сегодня уже четырежды проделала этот путь, раздумывая, придет он или нет.

– Зараза, – пробормотал Дейв себе под нос, но достаточно громко, чтобы Дебби могла его услышать.

– У тебя все в порядке? – спросила она, приближаясь к Дейву в надежде завязать с ним разговор. Дейв поднял на нее глаза.

– Да, все хорошо, просто прилетел ночным рейсом с побережья, – сказал он, проходя мимо Дебби в зал.

«Он видит меня почти каждый день вот уже три месяца, но по-прежнему мне достаются только “доброе утро” да взмах рукой», – подумала Дебби, направляясь в кафе, чтобы снова наполнить свою чашку.

Зайдя в кабинет, Дейв бросил портфель на стол, потом схватил ноутбук и отправился выпить кофе.

– Привет, Мардж, – лучезарно улыбаясь, проговорил Дейв, проходя мимо стола секретарши Фрэнка. – Босс на месте сегодня? – спросил он, заглянув в кабинет начальника и заметив, что его портфеля нет.

– Он на выездном совещании правления, его не будет до среды.

– Как прошли выходные? – спросила Мардж.

– О, как обычно, засиделся допоздна, заканчивая отчет для Фрэнка. Наверное, тот самый отчет, который он представляет на выездном совещании. «А ведь я должен был бы в нем участвовать», – подумал он.

По пути в кафе Дейв всегда старался останавливаться у каждого стола. За каких-то три месяца он перезнакомился почти со всеми сотрудниками и составил свои списки, среди которых, само собой, был и список неудачников. «Надо полагать, я снова встречусь с одним из неудачников сегодня утром», – размышлял Дейв, посмеиваясь про себя. Однако ему были известны и те, кто относился к числу победителей и, разумеется, карьеристов, а таких в быстро развивающейся компании оказалось немало.

В кафе Дейв заметил Дороти у кофемашины. «Прекрасно», – подумал он, улыбаясь.

– Итак, лучший сотрудник месяца пьет кофе, как и все мы? – спросил он, подходя к Дороти.

– Ой, привет! Да. Я знаю, парковка, – сказала Дороти, обернувшись. – На самом деле меня это смущает. Мне хотелось бы думать, что я просто…

– Я Дейв. Приятно наконец познакомиться с вами.

– Мне тоже, – с улыбкой сказала она.

– Могу я угостить вас кофе? – спросил Дейв шутливо.

– Конечно, в любое время.


Вопросы для размышления

• Какую ложь Дейв преподнес Тодду? А Дебби?

• Какие потенциально психопатические черты вы заметили у Дейва к этому моменту?

• На каком этапе манипуляций находится Дейв в отношениях с Тоддом, Дебби и Дороти?

 

[atella13]

Глава 4. Манипуляции психопата

Как он это сделал?

Столпившиеся на газоне соседи ахнули, когда полиция провела мимо них Теда. Жена Теда, державшая за руку их маленькую дочку, плакала и лихорадочно рылась в сумочке в поисках ключей от машины. Она взглянула на соседей, и те отвели взгляд, понимая ее неловкое положение. Тед крикнул жене: «Не волнуйся, дорогая, это просто недоразумение. Позвони нашему адвокату – его номер в моем столе; он обо всем позаботится». За Тедом и офицером шли сотрудники полиции, которые несли коробки с документами и компьютер, а также большие мусорные мешки с вещами из дома Теда.

– Вы можете в это поверить? – прошептала Марта своей соседке Саре.

– Нет, я не могу, – встрял Эд, пробираясь в первый ряд растущей толпы, чтобы получше все рассмотреть.

Тед возглавлял районную организацию, которая помогала защитить жильцов от грабителей, а их детей от злодеев. Он ходил в церковь, когда бывал в городе (ему часто приходилось ездить по рабочим делам), а его жена пекла торты в помощь сбору денег для строительного фонда; она была замечательной женщиной. Никто не мог понять, что происходит.

– Вот Ральф идет, давайте послушаем, что он выяснил.

Ральф играл в футбол с сотрудниками полиции. Он поговорил с одним из своих приятелей, который сидел в патрульном автомобиле, заблокировавшем дорогу на случай, если Тед попытается сбежать.

– Украл много денег у своей компании, – сказал он. – Хищение в особо крупных размерах. Они считают, что Тед занимался этим около двух лет, хотя все выплыло недавно. Очевидно, ему удавалось все скрывать.

– Боже! – ахнули в толпе. Их район ведь такой спокойный, в нем живут обеспеченные семьи, многие с маленькими детьми. Трудно представить, что здесь могло произойти нечто подобное.

– Должно быть, это ошибка, – предположила Сара. – Может быть…

– Не думаю, – прервал ее Ральф. – По-видимому, его зовут вовсе не Тед, – он огляделся вокруг и понизил голос, – а Шейла не единственная его жена.

– О господи! – воскликнули хором соседи.

Психопаты, психопаты повсюду?

Эндрю Кьюненен, работник ресторана в Сан-Диего, переехав в Майами, пытался участвовать в общественной жизни, когда якобы познакомился на вечеринке со знаменитым дизайнером Джанни Версаче. Пресса высказывала предположения, что Версаче мог унизить Кьюненена, но это маловероятно: Джанни был приятным и общительным человеком. По непонятной причине Кьюненен, который к тому времени успел жестоко расправиться с двумя своими любовниками, ускользнул от органов правопорядка, перебравшись в Майами, несмотря на выдачу ордера на его арест, широкое освещение дела в прессе и преследование со стороны полиции. Кьюненен подошел к возвращавшемуся домой после утренней прогулки Версаче и в упор застрелил его. Полиции удалось обнаружить прятавшегося в плавучем доме убийцу в трех милях от места преступления. Спустя пять часов после многократного применения слезоточивого газа группа спецназа, поднявшись на лодку, нашла тело Кьюненена, очевидно, покончившего с собой.

Трагедия, ставшая делом рук этого серийного убийцы, так и не получила исчерпывающего объяснения – вопросы остались. Удалось ли Кьюненену обманным путем проникнуть в круг знакомых Версаче? Был у.бийца дизайнера психопатом или всего лишь эмоционально неуравновешенным человеком, чьи преступления – безусловно, заслуживающие осуждения, – объяснимы?

В последнее время рассказы о людях, ведущих двойную жизнь, часто становятся темой новостей, поскольку совершенствование судебной экспертизы наряду с расширением знаний о психопатическом манипулировании позволяет правоохранительным органам чаще разоблачать этот вид мошенничества. Одна из программ Опры Уинфри была посвящена обсуждению книги Энн Берд под названием Blood Brother: 33 Reasons My Brother Scott Peterson Is Guilty («Брат по крови: 33 причины того, почему мой брат Скотт Питерсон виновен»). Доктор Кит Эблоу, судебный психиатр, участвовавший в программе, рассказал, что Скотт Питерсон, признанный виновным в жестоком убийстве жены и нерожденного ребенка, соответствует профилю социопата (различия между социопатами и психопатами описаны в главе 2).

Питерсон убедительно изображал обеспокоенного мужа и даже участвовал в поисках пропавшей беременной жены, одновременно строя планы со своей ничего не подозревающей новой подругой. На домашнем видео он выглядел обычным веселым мужем и будущим отцом. Однако о настоящем Скотте Питерсоне может судить каждый, кто видел телевизионное интервью с ним или слушал записи телефонных разговоров, которые сделала его подруга, как только узнала, что он женат и его супруга исчезла при загадочных обстоятельствах. На этих записях Питерсон не демонстрирует никаких признаков обеспокоенности, сострадания, угрызений совести или даже грусти по поводу исчезновения жены. Несмотря на масштабное полицейское расследование, а возможно, именно по этой причине, Питерсон с карманами, полными денег, попытался покинуть страну, изменив цвет волос. Однако правоохранительные органы, очевидно, собрали достаточно доказательств, чтобы развеять любые сомнения в умах людей, поскольку присяжные признали его виновным и приговорили к смертной казни.

Можно ли распознать вероятность хладнокровного насилия, пока не стало слишком поздно? Насколько известно, ни Эндрю Кьюненен, ни Скотт Питерсон изначально не проявляли склонности к убийствам. Но, может, были другие признаки? Вероятно, если бы мы располагали более подробной информацией об их личности и контактах с окружающими за долгое время, их преступления не казались бы необъяснимыми. Однако даже в этом случае психологическая «аутопсия» скорее позволяет сформулировать гипотезы о моделях поведения преступников, чем объясняет его причины. Более того, даже если бы члены семьи, друзья или люди из окружения преступников заметили какие-нибудь странности, они необязательно поняли бы значимость этой информации и не знали бы, что с ней делать. Тем не менее, хоть и нет возможности предсказать определенные события, поступки психопатов не возникают на пустом месте и редко не соответствуют их характеру. Проблема в том, что без длительного общения с такими людьми трудно определить их истинный характер, особенно когда он скрыт под обаятельной и социально привлекательной внешностью.

Перечень характеристик личности не гарантирует успешного выявления психопата. Ведь даже квалифицированные специалисты в этой области нередко становятся объектом одурачивания и манипуляций со стороны психопатов, с которыми они только что познакомились, потому что тем весьма успешно удается скрывать свое истинное лицо.

Шанс распознать манипуляции повышается, если вы не представляете для психопата ценности или угрозы, а значит, мало его интересуете. Эти люди вкладывают много умственной энергии в поиск жертв и управление ими, но не тратят сил на поддержание нужного образа у тех, кто не имеет для них практической ценности: в этом случае они просто не получили бы никакой прибыли. Следовательно, у людей, которых психопаты не принимают в расчет, появляется возможность наблюдать за тем, как подобные субъекты манипулируют окружающими. Зная, как это делается, можно заглянуть под маску психопата.

Люди, впервые узнавшие правду о психопатах, порой начинают обнаруживать психопатические качества в окружающих. Подозрения часто падают на бывших руководителей, экс-супругов, чиновников, учителей, членов семьи и друзей, если оказывается, что они демонстрируют черты из списка Хаэра. Другие приписывают психопатические качества себе, подобно тому как студенты-медики находят у себя симптомы всех изучаемых болезней. Осознание склонности «диагностировать» это расстройство у людей с некоторыми его признаками играет важную роль в отработке навыков распознавания истинной психопатии.

Игра начинается: создание психопатической связи

Как только психопат определит степень вашей полезности, он приступает к следующему пункту – анализу вашей личности. После чего направляет усилия на формирование близких отношений, на которые впоследствии будут опираться его манипуляции. Их истинная сила – в способности подавить вашу личность.

Торговые представители, сотрудники отделов персонала и другие специалисты, кто по долгу службы много взаимодействует с людьми, хорошо владеют методами оценки личностных качеств. Психологи и психиатры, специально обученные проводить такую оценку, обычно способны различить более глубокий уровень психической динамики, скрытый от глаз обычного человека. То же можно сказать о профессиональных игроках в п.окер, которые ищут подсказки в поведении соперников, чтобы понять, что на самом деле происходит у них в голове. Тут стоит отдать психопатам должное: они заслуженно пользуются репутацией знатоков человеческого характера (возможно, потому что упорно над этим работают), а также обладают поразительной способностью в зависимости от ситуации выбирать наиболее подходящего человека, чтобы получить желаемое. Как это у них получается? Для психопатов ваше лицо, слова и язык тела словно автобиография, напечатанная крупным шрифтом. (
ЛИЧНОСТЬ: ТРИ ГРАНИ

Чтобы понять, как психопатам удается с такой легкостью манипулировать людьми, нужно хотя бы поверхностно понимать, как устроена личность. Существует много книг и теорий о личности, ее формировании, уникальности (то есть что делает каждого человека неповторимым) и проявлении в поведении. Впрочем, независимо от того, какая теория вам больше по душе, личность можно рассматривать с трех позиций. Все они важны для понимания манипуляций, поскольку, помимо того что психопаты мастерски «читают» других, они еще и используют полученную информацию в своих эгоистических целях. Даже если этим людям недостает энциклопедических познаний психологии человека, мощная интуиция с лихвой восполняет пробел. И психопатам ничего не стоит заполучить контроль над тем, что вы о них думаете, и таким образом обрести над вами власть. Умный психопат может атаковать с трех направлений.


Частное «я»

Первое направление – наша сущность, внутреннее «я», или внутренняя часть личности. Она весьма сложна и состоит из мыслей, отношений, восприятия, суждений, стимулов, потребностей, предпочтений, ценностей и эмоций. Сюда же входят наши фантазии, надежды и амбиции, а также все позитивные качества, которые, по нашему же мнению, у нас есть. Мы стремимся к тому, чтобы другие ценили их, и расстраиваемся, если кто-то сомневается в их наличии.

Внутреннее «я» также включает в себя качества, которые нам не нравятся и мы предпочли бы скрыть от остальных. Одни нежелательные черты становятся предметом наших усилий в саморазвитии, а на другие мы стараемся просто не обращать внимания. Сюда можно отнести все те гадости и некрасивые поступки, которые мы совершали по отношению к другим, а также чувство незащищенности, жестокие мысли и фантазии и иллюзии о нашем месте в мире, которыми мы себя тешим. Вспышки гнева и потеря контроля, грубость или неучтивость, игнорирование чужих чувств, ощущение тщетности бытия и депрессия – вот лишь несколько примеров проявления темной, но естественной стороны нашей натуры. В течение дня мы тратим немало усилий и психической энергии на развитие и усиление светлых сторон своей внутренней личности и ослабление или подавление проявлений ее темной стороны. Чтобы поддерживать эмоциональное равновесие и не позволить чувству тревоги захлестнуть нас, мы должны верить в свои положительные качества и заглушать все возникающие сомнения.

Пока наша самооценка в основном позитивна и мы способны принимать свою менее прекрасную сторону как естественную, мы считаем, что с нами все в порядке. А это, в свою очередь, придает нам уверенности в себе и своих силах.


Публичное «я»

Второе направление, которое может стать объектом «нападения», – это проецируемая, или публичная, часть личности, иногда называемая персоной. Это «я», которое должны увидеть в нас окружающие, то, что мы демонстрируем на публике. Внешнее «я» – это то, как вы хотите выглядеть в их глазах. Персона представляет собой тщательно отредактированную версию внутреннего «я», которое вы показываете людям, чтобы воздействовать на их восприятие или суждение о вас. Каждый, кто хоть раз пытался произвести на кого-то хорошее впечатление, будь то на свидании или во время собеседования, понимает, как трудно максимизировать позитивные и минимизировать свои негативные стороны. Несмотря на все попытки контролировать то, что мы сообщаем о себе другим, мы неумышленно то и дело проявляем некоторые черты внутренней части личности. Но в целом персона отражает ту нашу сторону, которую мы готовы показывать другим.


Репутация

И третий объект для «нападения» – это то, как нас воспринимают и описывают окружающие, то есть наша репутация, которая складывается из взаимодействия людей с нами. К сожалению, как бы мы ни старались произвести наилучшее впечатление, у окружающих формируется собственное мнение (как правильное, так и ошибочное) на основании того, как мы выглядим, что делаем, во что одеты, каких ценностей и взглядов придерживаемся. Все это люди пропускают через фильтры предвзятости, стереотипов, симпатий и антипатий.

К сожалению, получаемая картинка, «пропущенная» через фильтры, может не иметь с нами ничего общего. Проблема в том, что первое впечатление о человеке, как правило, складывается очень быстро, буквально в течение нескольких секунд после знакомства. А затем мы неосознанно закрепляем его, отсеивая все, что ему противоречит, и принимая то, что подтверждает. Так, люди, понравившиеся нам с самого начала, со временем внушают еще большую симпатию, а те, кто пришелся не по душе, и в дальнейшем не заслуживают одобрения. Например, разделяя чьи-то политические или религиозные взгляды, вы переносите одобрительное отношение и на иные стороны его или ее личности. Чувство единения с кем-то делает нас восприимчивее к достоинствам и снисходительнее к недостаткам этого человека. Согласие между словом и делом также играет важную роль в формировании репутации. Последовательность создает образ честного человека (даже если мы не разделяем его взглядов), а любые несоответствия наводят на негативные мысли. Такое тщательно отфильтрованное восприятие личности приводит к проблемам, если у нас сложилось ложное первое впечатление.

В совершенном мире все три грани личности должны были бы совпадать. Нас все устраивало бы в нашем внутреннем «я», и было бы приятно показывать его миру. Ведь мы были бы уверены, что люди без труда поймут, что за человек перед ними. Но мир несовершенен, а люди неидеальны. В большинстве социальных ситуаций остается уповать на то, что персона отражает черты, которыми мы хотим поделиться с окружающими, и что наблюдатели не будут предвзяты, приписывая нам качества, на основании которых складывается репутация.

Обман разума

При взаимодействии психопат тщательно анализирует внешнюю часть вашей личности и делает вывод, какие качества и особенности вы в себе цените. Кроме того, проницательному наблюдателю персона расскажет о том, какие комплексы или недостатки вы хотите преуменьшить или скрыть. Будучи знатоком человеческого поведения, психопат осторожно изучает сильные стороны и уязвимые места, которые являются частью внутреннего «я», и в итоге строит с вами отношения, подавая посредством слов и дел четыре важных сигнала.

ПЕРВЫЙ СИГНАЛ

Прежде всего психопат подает вам сигнал, что любит и высоко ценит таланты, представленные вашей публичной личностью. Другими словами, он обеспечивает положительное подкрепление самопрезентации, по существу, заявляя человеку: ты нравишься мне таким, как есть.

Усиление значимости чьей-либо личности – простая, но эффективная техника влияния, особенно если информация подается убедительно, то есть очаровательно. К сожалению, многие люди, с которыми мы сталкиваемся в личной и профессиональной жизни, настолько погружены в себя и самовлюблённы, что редко замечают наши достоинства, поскольку озабочены собственными. Поиск кого-то, кто обращает на нас внимание, ценит или действительно «видит» нас, оживляет; это подтверждает, кто мы есть, и заставляет нас чувствовать себя особенными. Психопат виртуозно удовлетворяет эту потребность, и мы теряем бдительность.

ВТОРОЙ СИГНАЛ

Взаимодействуя с окружающими, мы вкладываем много умственной энергии, представляя им свое внешнее «я». Однако за персоной маячат, а иногда и появляются вместе с ней светлые и темные стороны нашего внутреннего «я», которое мы хотим сохранить в тайне. У нас редко возникает желание поделиться им с деловыми партнерами и знакомыми: оно предназначено для близких, друзей и серьезных отношений. Между тем психопат, будучи мотивированным исследователем человеческой природы, после первой же встречи способен догадаться о некоторых страхах и проблемах, скрытых в вашем внутреннем «я». На основании такой информации он создает персону (маску), которая отражает и дополняет ваши тревоги. Ненавязчиво в ходе добродушного общения психопат делится личной информацией, словно снимая защиту перед вами. Эти беседы находят отклик в вашей душе, ведь он доверяет вам сокровенное и демонстрирует схожие ценности, убеждения и проблемы. Кажется, он доверяет вам, вы ведь надежный человек, правда? Тем самым психопат подает второй мощный сигнал: я такой же, как ты.

ТРЕТИЙ СИГНАЛ

Не так уж часто можно встретить того, кто разделяет наши ценности, убеждения и жизненный опыт, и мы радуемся, когда это происходит. Нам кажется, что такому собеседнику легко открыться, и вскоре мы все охотнее делимся с ним сокровенными мыслями и чувствами. Мы готовы верить, что этот человек понимает нас гораздо лучше других. А если кто-то понимает и принимает часть нашего внутреннего «я», значит, можно расслабиться, снять защиту и начать думать, что такой человек отличается от остальных. Ему нравится тот, кто вы есть на самом деле, под вашей маской, или персоной. С радостью и облегчением вы приходите к выводу, что этот человек не представляет для вас психологической угрозы. Итак, третий сигнал психопата таков: ты можешь доверить мне свои секреты. Безопасность или защищенность – одна из базовых психологических потребностей, которую психопат охотно удовлетворяет.

ЧЕТВЕРТЫЙ СИГНАЛ

Когда психопату удается убедить вас в том, что он понимает и принимает ваши слабости и недостатки, вы начинаете верить в возможность развития с ним отношений, полагая, что нашли настоящего друга, а истинные друзья, конечно же, делятся информацией – во многих случаях глубоко личной. Чем больше люди раскрываются перед партнерами, рассказывая им о сокровенных желаниях, надеждах и мечтах, тем глубже связь. Одни темы могут быть очень личными, другие повседневными, но все вертится вокруг формирования картины, отвечающей нашим глубинным психологическим потребностям и ожиданиям, которые психопат всегда готов удовлетворить. Поскольку «новый настоящий друг» прекрасно владеет навыками коммуникации, он без труда выбирает важные для нас темы и выражает созвучную точку зрения, порой подкрепляя слова воодушевлением или «эмоциями».

Психопат, свободно владеющий вербальными и социальными навыками, использует их для того, чтобы сформировать в вашем сознании устойчивую репутацию, включающую как достоинства, которые вы хотели бы иметь, так и недостатки, которые способны простить. Эта психологическая связь захватывает вашу внутреннюю личность, обещая больше глубины и близости, а также особые, неповторимые, равноправные отношения на всю жизнь. Выполнить такое обещание нелегко, но психопат прилагает много усилий, чтобы донести до вас эту мысль: именно он и есть тот самый человек, которого вы ищете на роль друга, партнера или нового сотрудника. Четвертый сигнал психопата звучит так: я твой идеальный друг (возлюбленный, партнер).

С достижением этой цели образуется психопатическая связь, и ваша участь предрешена. Последующее взаимодействие лишь укрепляет фундамент, заложенный на раннем этапе манипулирования.

Чем отличаются отношения между психопатом и жертвой от истинной связи между людьми, которые, встретившись, обнаруживают, что у них много общего? Во-первых, персоны психопата («личность», с которой человек устанавливает связь) на самом деле не существует. Она основана на паутине лжи, тщательно сотканной для того, чтобы заманить вас в ловушку. Это маска (одна из многих), сконструированная таким образом, чтобы соответствовать вашим психологическим потребностям и ожиданиям. Персона не отражает скрытой под ней истинной (психопатической) личности – это всего лишь удобная подделка.

Во-вторых, в отношениях с психопатом отсутствует осознанный выбор: психопат выбирает вас, а затем начинает игру. Друзья нередко видят со стороны, что происходит, но мы, как правило, отвергаем их соображения и изо всех сил стараемся убедить, что этот человек – особенный.

В-третьих, поскольку отношения фальшивые, они окажутся гораздо короче подлинных. Хотя настоящие связи со временем преображаются – например, любовь может перерасти в ненависть, а брак закончиться разводом, – их исходная точка базируется на реальной информации, известной на момент их начала. Конечно, с течением времени люди меняются и порой отдаляются друг от друга. Однако психопат будет вкладывать в поддержание отношений минимум энергии, если только вы не предложите ему нечто особенное, чего, как правило, не происходит. Таким образом, после разрыва вам останется только догадываться, что же произошло.

В-четвертых, такие отношения обычно односторонние, поскольку психопат руководствуется скрытыми (кто-то может даже сказать низкими) и как минимум эгоистическими мотивами. Психопат, словно хищник, преследует жертву, нередко причиняя человеку серьезный финансовый, психический или эмоциональный ущерб. Здоровые, подлинные отношения строятся на взаимном уважении и доверии, готовности делиться истинными мыслями и чувствами. Ошибочная убежденность в том, что при связи с психопатом выполняется хоть одно из перечисленных условий, и есть причина эффективности его манипуляций.

Подобная связь может образоваться очень быстро, даже за время перелета из одного конца страны в другой. Это влечет за собой два последствия: психопат выигрывает этот раунд, добиваясь доверия жертвы, а та, оказавшись во власти психопата, вскоре отдаст ему все, что он пожелает или потребует.


Мы проанализировали множество случаев взаимодействия обычных людей с психопатами. Чем длительнее были отношения, тем больше человек очаровывался психопатом. Многие называли своих партнеров-психопатов родственными душами и удивлялись тому, как много у них общего. Еще сильнее нас беспокоит то, что после расставания некоторые жертвы признавались, что им не хватает этой связи и они хотели бы вернуть этого человека в свою жизнь. Большинству трудно поверить, что на самом деле отношений не было и они просто угодили в ловушку односторонней, дисфункциональной, разрушительной психопатической связи.


Вопросы для размышления

• Оцените свое внутреннее «я», персону и репутацию. Чем бы вы хотели поделиться с близким другом или партнером?

• Что бы вы предпочли скрыть?

• Приходилось ли вам делиться чем-то таким, о чем вы потом жалели?

 

[atella13]

Акт 2, сцена 2. Срывание яблока

Солнце давно зашло, и техперсонал покинул здание. Дороти любила свою работу, и ее вовсе не беспокоило, что она проводит в офисе много времени. Склонившись над ноутбуком, она изучала отчет о проведении фокус-групп для нового проекта. Дороти понравилось то, что она прочитала, и она улыбнулась. Джек Гарридеб всегда поддерживал самостоятельную работу лучших специалистов, а недавнее повышение наделило Дороти полномочиями для такой деятельности. Она сумела показать, что после выполнения обычных заданий у нее остаются силы для работы над собственными идеями. Погрузившись в свои мысли, она не заметила, что уже поздно.

– Снова трудишься по ночам, – послышался голос у двери.

– Ах, – подскочила Дороти, обернувшись. – Дейв, ты меня напугал!

– Извини, я просто проходил мимо и увидел, что горит свет, – сказал он, приближаясь. – Судя по твоей сосредоточенности, это должно быть что-то хорошее.

– Просто одна вещь, над которой я размышляю, – сказала Дороти, нервно перемешав бумаги на столе.

– Личные дела? В рабочее время? – пошутил Дейв.

– Едва ли. Скорее рабочие дела в личное время, – ответила она, игриво улыбнувшись.

– Мне казалось, здесь только я перегружен работой, – пробормотал Дейв, наклоняясь над столом Дороти, чтобы взглянуть на экран ее компьютера.

– Извини, смотреть нельзя, – произнесла она, поднимаясь, чтобы закрыть Дейву обзор.

– Прошу прощения, – проговорил Дейв, притворяясь обиженным и отодвигаясь от нее. – Я думал, ты мне доверяешь! Мы знакомы уже целый месяц, и я всегда покупаю тебе кофе по утрам.

– Кофе бесплатный, Дейв. Тебе придется придумать что-нибудь получше, – колко заметила Дороти.

С того момента, как Дейв впервые подошел к Дороти в кафе, они узнали друг друга довольно хорошо и, помимо встреч за утренним кофе, время от времени обедали вместе, а после одного из корпоративных мероприятий отправились выпить. Они делились друг с другом историями о компании и смеялись над некоторыми наиболее колоритными коллегами, но между ними не происходило ничего необычного или неуместного. Дороти всегда была сосредоточена на работе и карьере, к тому же она хорошо запомнила совет отца не смешивать бизнес и удовольствие. Дело было не в том, что Дейв не нравился Дороти, – он нравился всем женщинам. Просто она почти ничего не знала о его личной жизни и чувствовала, что ей не следует переходить эту черту.

– Ты в самом деле думаешь, что тебя в этом поддержат? – спросил Дейв, пытаясь прощупать почву.

– Ну, Джерри обещал рассмотреть все мои идеи, если у меня будут данные.

– Да, но не Джерри принимает здесь решения, – возразил Дейв.

– А кто принимает, ты? – засмеялась Дороти.

– На самом деле тебе нужно убедить Фрэнка. Видишь ли, он может стать препятствием. Ему нравятся только те идеи, которые предлагает он сам, и, что бы ни сказали в отделе маркетинга, если идею не одобрит отдел разработок, о ней можно забыть. Мнение Джерри ничего не значит для таких шишек, как Фрэнк. Он уничтожит любую идею при первой же возможности.

– Думаю, ему понравится моя идея, – сказала Дороти, чувствуя себя так, будто защищается, – а Джерри хорошо ее представит.

– Я предпринял бы кое-что еще, прежде чем передавать это ему, – проговорил Дейв покровительственным тоном, который, как слышала Дороти, он «включал» иногда в разговорах с сослуживцами.

– Надо полагать, Фрэнку не понравилась ни одна из твоих идей, – съязвила Дороти. – По стандартам Garrideb ты работаешь здесь уже долго. Какие у тебя успехи?

– Вот это да! А ты можешь быть дерзкой, – сказал Дейв, пытаясь снять возникшее напряжение.

– Извини, просто я работаю над этим целый месяц и не хочу думать, что на моем пути встанут офисные интриги.

– Это крупная компания, Дороти. Здесь не обойдется без интриг. А ты, – произнес он, не давая ей ответить, – не очень-то комфортно себя чувствуешь, когда начинаются интриги, не так ли?

– Не всем же быть такими важными, как ты, Дейв. Я справлюсь с этим сама.

– Я просто имею в виду, что порой разумно работать с другими людьми. Ну, знаешь, рука руку моет.

– О, прошу тебя, – Дороти закатила глаза. – Я знаю, ты сделаешь мне предложение, от которого я не смогу отказаться, верно? – произнесла она и снова повернулась к компьютеру.

– Что ж, возможно…


Вопросы для размышления

• Какие грани личности Дороти (внутреннее «я», персону, репутацию) вы можете различить?

• Какие техники манипулирования использует Дейв в разговоре с Дороти?

• Какие сигналы Дейв ей посылает?

 

[atella13]

Глава 5. На сцену выходит психопат

Лоуренс снес чаши для пожертвований вниз по ступеням, в подвал церкви, и высыпал их содержимое на стоявший там кухонный стол, после чего члены комитета по сбору пожертвований начали разделять банкноты и монеты на стопки, чтобы пересчитать их и убрать в сейф. Обычно разговорчивые, занимаясь подсчетом денег, они всегда хранили молчание. Закончив, они поменялись местами, передвинувшись на два места влево, и еще раз для точности пересчитали разложенные по стопкам банкноты и монеты. Общие суммы были записаны на небольших листах бумаги, которые собрали и передали новому церковному казначею, чтобы тот все записал в бухгалтерской книге.

Пока группа заворачивала стопки монет в бумагу, казначей подвел итог:

– Хорошая неделя: мы собрали достаточно, чтобы внести деньги за ипотеку и оплатить коммунальные услуги, и немного останется для реставрационного фонда.

– Аминь, – вздохнули с облегчением остальные.

Для церковного прихода это был очень трудный месяц. Многих прихожан шокировало произошедшее, но все они пришли к мучительному осознанию того, что их обвел вокруг пальца один из своих. На собрании детективы объяснили прихожанам, что они стали жертвами преступления, которое специалисты называют «мошенничеством, совершенным путем злоупотребления доверием в общинах и группах». В рамках этой схемы обманщик использует видимость общих убеждений и ценностей, чтобы вовлечь членов группы в мошеннические инвестиционные сделки. Сэм оказался именно таким человеком. За девять месяцев до событий он присоединился к общине и стал активным прихожанином. Сэм был яркой личностью, всем нравился, а главное, пользовался всеобщим доверием, которое оказалось настолько сильным, что несколько членов общины по его совету вложили собственные деньги в сделки, сулившие безопасные и прибыльные перспективы. Первые же дивиденды были довольно внушительными, если судить по качественной одежде, дорогому автомобилю и принадлежавшему Сэму большому дому на другом конце города.

По словам детективов, Сэм всегда придерживался одинакового сценария. Перебираясь в город, он присоединялся к церкви с большим приходом и несколькими благотворительными программами для местного населения, а затем активно начинал заниматься волонтерством. Новички всегда привлекают внимание и вызывают любопытство, поэтому неудивительно, что благодаря неисчерпаемой энергии, искренности и позитивной позиции Сэма многие прихожане стремились завязать с ним дружеские отношения. Разумеется, заходила речь и о том, как Сэм зарабатывает на жизнь, и тогда он делился своей историей.

Сэм в деталях рассказывал, как был когда-то успешным инвестиционным банкиром, и лишь гибель жены и маленькой дочки в ужасной автокатастрофе заставила его осознать бессодержательность выбранной профессии. После трагедии он погрузился в депрессию, увлекся алкоголем и наркотиками, но в конце концов пришел к пониманию того, что Создатель приготовил для него нечто большее. Сэм выехал из шикарного пентхауса и бросил работу, чтобы осуществить свою новообретенную миссию. Поскольку сделанные ранее инвестиции продолжали обеспечивать неплохой доход и избавляли от нужды, он мог посвятить свою жизнь помощи другим и вернуть долг обществу во имя погибшей семьи.

Со временем прихожане начали обращаться к Сэму за советом по поводу личных финансов. Кое-кто даже вкладывал деньги в инвестиционные планы под его руководством, а после первых дивидендов количество инвесторов увеличилось. Очевидное умение управлять финансами сделало Сэма лучшим кандидатом на пост церковного казначея. Вскоре члены приходского совета проголосовали за вложение средств из строительного фонда и программы внеклассного обучения в инвестиционные планы Сэма. Они устали от того, что беспроцентные сберегательные счета, а также займы под высокие проценты съедают все недельные поступления от прихожан. Великодушие Сэма и его готовность помогать другим казались противоположностью негативных сторон банковской отрасли. С финансовой точки зрения все складывалось как нельзя лучше.

Но в один прекрасный день Сэм исчез: он не приходил на церковные службы, и целую неделю никто о нем не слышал. А когда из ипотечной компании сообщили, что последний чек не принят к оплате, люди забеспокоились и, обнаружив опустошенный банковский счет и депозитную ячейку, позвонили в полицию. Никто из прихожан даже не подозревал, что их община стала уже четвертой мишенью Сэма за прошедшие три года.


Сэм, живущий теперь в другом штате, щелкнул мышью по последнему заголовку о «мерзавце Сэмми», обокравшем невинных прихожан. По статьям в интернете он следил за успехами (или неудачами) полиции, занимающейся его поисками. «Мы хотим поблагодарить щедрых соседей, особенно членов нашей общины с другими религиозными убеждениями, за духовную поддержку и финансовую помощь в тяжелое для нас время. Благодаря им мы смогли продолжить программу обучения детей и обеспечения пожилых людей продуктами, увеличили фонд восстановления казны», – сообщал новый казначей.

Сэм улыбнулся, затем надел галстук, подхватил пиджак и отправился на пятничную службу.

Группы единомышленников

Люди, объединенные общими интересами в религиозные, политические или социальные группы, все члены которых разделяют единые ценности или убеждения, для психопатов особенно привлекательны, поскольку склонны доверять друг другу. Совершая мошенничество и другие преступления путем злоупотребления доверием в общинах или группах, психопаты используют их же систему убеждений. Общие интересы позволяют разным во многих отношениях людям найти основу для социального взаимодействия. Если психопат способен правдоподобно демонстрировать свою приверженность таким убеждениям в присутствии членов группы, вероятность раскрытия его истинных мотивов снижается.

Открывая двери для новых членов, религиозные группы исходят из того, что присоединившиеся к ним люди, несмотря на различие жизненных обстоятельств, разделяют их убеждения и ценности, сосредоточиваясь именно на них и забывая о прошлых грехах. К сожалению, благородство делает подобные группы легкой мишенью для мошенника. Если большинство людей становятся членами группы, чтобы общаться с теми, кто разделяет их ценности, убеждения и интересы, то психопат рассчитывает использовать их, скрывая свои цели и ожидания. (См. раздел «За кулисами: в воскресенье он молился, стоя на коленях…» в конце этой главы.)

Этот тип мошенничества вызывает особое беспокойство из-за той легкости, с какой социальный хищник проникает в группы, объединенные общими интересами, обманывает и манипулирует ими. Поразительно, как много людей склонны поддаваться влиянию формы, а не содержания! Между тем не все члены групп единомышленников настолько легковерны. Наблюдения за некоторыми такими сообществами позволяют сделать вывод, что к ним применимо правило одной трети. Например, когда мошенник пытается проникнуть в ничего не подозревающую религиозную общину, около трети ее членов считают его убедительным и харизматичным, треть относится к нему с подозрением («У меня от него мурашки по коже»), а еще треть сдержанна в суждениях. Интересно, что в случае разоблачения афер, обмана и воровства первоначальное мнение многих членов группы не меняется. Те, на кого обманщик с самого начала произвел хорошее впечатление, убеждены, что они правы и произошедшее просто недоразумение. Те, у кого были подозрения, получают подтверждение своей правоты («Я знал, что от него будут одни неприятности»), а оставшаяся треть все еще выжидает («Что произошло?»).


Большинство организаций, в основе которых лежит не единая система убеждений, а другие принципы, усложняют психопату задачу ввиду многообразия состава и сложной цепочки взаимодействий. При попытке одновременно манипулировать несколькими людьми повышается риск того, что хоть один из них заподозрит неладное, выскажет подозрения и поставит под угрозу план психопата. Поскольку играть несколько ролей сразу – задача не из легких, психопаты предпочитают «обрабатывать» одного человека или пытаются одурачить сообщество, объединенное общими ценностями (между участниками которого не так много различий). Однако особо азартные мошенники получают удовольствие от массового обмана людей, но при этом тщательно следят за тем, чтобы между жертвами не образовался канал обмена информацией, а еще лучше – чтобы они вообще никогда не встречались.

ПЕНИТЕНЦИАРНЫЕ РЕАЛИИ

Администрации и персоналу тюрем и психиатрических клиник хорошо известно, как психопаты ведут себя в группах. В этих четко регламентированных учреждениях психопатам ничего не стоит определить динамику взаимоотношений в структуре иерархии власти: заключенные и охранники, пациенты и врачи или персонал. Собрав эту информацию, они эффективно используют ролевые ожидания разных игроков. Так, некоторые психопаты путем манипуляций добиваются перевода из тюрьмы в психиатрическое заведение, где, по их мнению (часто ошибочному), они насладятся большей свободой. Более изобретательные подделывают результаты психологических тестов (некоторые психопаты разбираются в психологическом тестировании не хуже специалистов), чтобы убедить администрацию в том, что они сумасшедшие и им не место в обычной тюрьме. Оказавшись в клинике, психопаты пытаются контролировать сотрудников и пациентов и во многих случаях доставляют столько хлопот, что руководство и персонал делают все возможное для их возвращения в тюрьму, хотя это очень нелегко [86].

Психопаты в бизнесе

Бизнес-организации представляют для психопата задачу более высокого порядка. Они отличаются от групп единомышленников, специализированных больниц и тюрем целями, сложностью и структурой. С одной стороны, эти особенности ограничивают возможности тех, кто стремится использовать сослуживцев, руководителей и саму компанию в корыстных целях, с другой – предлагают им заманчивые перспективы.

Прежде всего следует отметить, что цель существования бизнес-организаций иная, чем у остальных групп. Они призваны объединить труд людей для создания продукта на продажу ради получения прибыли. Так, булочная нанимает пекарей для выпечки пирогов, тортов и хлеба; офис-менеджер, который занимается закупками, привлекает дополнительную рабочую силу и ведет бухгалтерию; продавцы, предлагающие покупателям различные виды кондитерских изделий и хлеба, раздают образцы, упаковывают товар и принимают оплату. Разумеется, нельзя исключать, что психопаты трудятся и в маленьких пекарнях, но большинство из них все же предпочитают работать там, где можно использовать окружающих, нажиться и успешно скрыться. Местная булочная, которой обычно управляют члены одной семьи, не даст злоумышленнику развернуться, по крайней мере пока остается небольшим и строго контролируемым бизнесом. Конечно, пекарня может стать крупным национальным игроком кондитерской и хлебобулочной отрасли. Сначала владельцы решат открыть еще один цех на другом конце города, а для этого нанять персонал и обучить новых помощников. Например, они пригласят инженера для технического обслуживания и ремонта большего количества печей и другого кухонного оборудования; оператора телефонной связи для принятия и обработки заказов; ИТ-специалиста для управления компьютерной системой заказов и доставки продуктов; кондитеров для изготовления особенных лакомств, которые будут отличать их выпечку от продукции конкурента. Со временем владельцы могут купить или арендовать грузовики для доставки больших партий корпоративным клиентам; нанять бухгалтера на условиях полной занятости для ведения учета; привлечь технический персонал, специалистов по маркетингу и так далее. Успех булочной, как и любого другого бизнеса, зависит от таких факторов, как качество продукта, отношения с клиентами и организация деятельности. Управление ростом бизнеса – задача не из легких. Персонал, функции, оборудование – все подчинено общей цели, и только в этом случае организация сможет работать бесперебойно и удовлетворять все более сложные требования бизнеса. В идеальном мире так и происходит, а вот в реальном не всегда. Без сильного лидерства и организационного развития наш гипотетический семейный бизнес будет развиваться бесконтрольно и вскоре рухнет.

Как организации управляют развитием? Постоянное расширение масштаба и возрастающая сложность бизнеса неминуемо влекут за собой бюрократию. Как правило, внутри нее действует множество регламентов и нормативов в виде различных процессов и процедур. Так, рецепт хлеба из теста на закваске, который прежде хранился в голове пекаря, теперь представлен в виде технологической карты, а изначальное требование владельца использовать только высококачественные ингредиенты называется «применением передовых методов производства». Однако стандартизация, столь необходимая для успешной работы, создает и сильное напряжение, причем как для менеджмента, так и для сотрудников.

Большинству психопатов тут не прижиться

Психопаты не способны добиваться значительных успехов в традиционной бюрократической системе со сложной структурой по нескольким важным причинам. Во-первых, они типичные нарушители правил: предписания и нормативы значат для них очень мало. Огромное количество регламентов, определяющих работу компаний (обязанность руководителей среднего и низшего звена обеспечивать их выполнение), делает коммерческие организации неподходящим местом для людей, склонных к психопатическому поведению. Подобный субъект не продержится долго в традиционной бюрократической системе и вряд ли даже станет рассматривать возможность в ней работать – разве что он лично знает владельца и может получать зарплату, ничего не делая.

Во-вторых, нам известно, что психопаты не командные игроки: они слишком эгоистичны и не способны трудиться вместе с другими над достижением общей цели. Вспомните, как они манипулируют людьми, надевая маску специально для того или иного случая. Успех психопата зависит от трех важных условий: 1) ему нужно общаться с человеком один на один; 2) формируемые отношения должны быть личными; 3) он должен быть уверен, что отклонения в поведении не привлекут внимания руководства. Между тем в бюрократических организациях, где большая часть работы выполняется в команде, трудно добиться ограниченного доступа к нужным людям и сделать так, чтобы тайные манипуляции и контрпродуктивные действия оставались незамеченными. Все сотрудники организации обязаны выполнять свою работу, сосредоточиваться на достижении поставленных целей и не допускать плохого обращения с коллегами. А учитывая, что длительное время демонстрировать просоциальное поведение психопатам крайне сложно, разве они могут преуспевать в такой среде?

В-третьих, психопаты практически не проявляют заинтересованности в краткосрочных и долгосрочных целях и задачах бизнес-организации. Любая установка на то, что их усилия должны быть направлены на благо компании, им чужда. Психопатов значительно сильнее мотивируют и направляют насущные потребности и блага (быстрый результат), а не перспектива достижения призрачных целей и получения награды в будущем, особенно если это требует самоотверженности, упорного труда и личных жертв.

В-четвертых, в бюрократических организациях нет простых способов утаить свои действия. Контрпродуктивное поведение на рабочем месте видят окружающие, все доводится до сведения руководства и во многих случаях устраняется посредством стратегий в области управления персоналом. Штатные аудиторы обычно проверяют любые предположения о мошенничестве или краже. Если подозрения подтверждаются, организация может выдвинуть судебный иск против сотрудника. Как правило, за этим следует освобождение от занимаемой должности с негативной характеристикой с места работы.

В-пятых, психопаты не разделяют принципов трудовой этики остальных сотрудников, которые в большинстве случаев верят в честный труд за справедливую оплату, гордятся тем, что хорошо делают свое дело, и ценят долгосрочную занятость. Нелегко представить психопата, который прилежно трудится с девяти утра до пяти вечера в надежде стать руководителем через пять-шесть лет. Это не означает, что такие люди никогда не выполняют рутинную работу или не получают профессий, требующих специальной подготовки и опыта. Многие из них занимаются такой работой, но, скорее всего, их квалификация сомнительна, цель труда корыстна, а действия порой незаконны. Вспомним агрессивных агентов по продажам; мастеров, назначающих грабительские цены; фондовых брокеров, использующих схему «накачка и сброс»; интернет-мошенников, липовых консультантов и сомнительных специалистов всех мастей – это лишь несколько примеров.

Тем не менее существуют и так называемые корпоративные психопаты. Как они выживают и преуспевают в крупной компании? Многие бизнес-организации – основное «пастбище» для психопатов с предпринимательской жилкой, а также личностными качествами и социальными навыками, позволяющими одурачивать людей. Подобно всем хищникам, психопаты стремятся быть в гуще событий. В их понимании это должности, направления деятельности, профессии и организации, обеспечивающие возможность добиться власти, контроля, статуса и материальных благ, а кроме того, поддерживать отношения с людьми ради собственных интересов.

Психопаты, как и большинство из нас, оценивают риски и потенциальную выгоду. В крупных организациях можно заработать много денег, добиться статуса и власти, получить связанные с этим привилегии. Возможность использовать компанию в корыстных целях (мошенничать, воровать, совершать насилие над коллегами, получать непропорционально высокую зарплату), будучи ее работником, требует более изощренных методов, чем простое социальное манипулирование. И тут на их пути встают преграды.

Чтобы добиться успеха в организации, приходится действовать скрытно, не привлекая к себе внимания. Они знают политику, правила, нормативы и официальный кодекс трудовой этики, но могут довольно долго их игнорировать. Психопату необходимо, с одной стороны, манипулировать многими коллегами и руководителями таким образом, чтобы они поверили в обман, а с другой – пытаться нейтрализовать негативное влияние тех, кто обнаружил (и угрожал раскрыть) ложь и мошенничество. Манипулирование сослуживцами, системой правил и надзором руководителей – очень трудная задача, посильная, возможно, только самым талантливым и настойчивым людям. Мало у кого из психопатов есть необходимые для этого ресурсы, а те, у кого они есть, быстро терпят неудачу. Во всяком случае, так когда-то считалось.

Корпоративный психопат

Для того чтобы понять, как корпоративный психопат добивается успеха, необходимо признать, что хрестоматийные бюрократические системы редко существуют в реальной жизни и еще реже выживают в современном мире бизнеса. Напротив, организационная структура, процессы и корпоративная культура постоянно развиваются в направлении того идеала, представление о котором в лучшем случае не совсем четкое и непрерывно меняется. Эти трансформации и неопределенность вызывают стресс у большинства сотрудников и руководителей, но создают благоприятные возможности для психопатов. Павел Бабяк отмечает, что психопаты не испытывают особых трудностей с влиянием на людей даже на работе, где их манипуляции могут привлечь более пристальное внимание. Это утверждение легче понять на примере. Много лет назад, выполняя долгосрочное задание в рамках консультационных услуг, Бабяк получил опыт работы с психопатом, хотя тогда и не знал об этом.

Мне предложили поработать с проектной командой, в которой снизилась общая продуктивность и существенно участились конфликты. Отдельные работники даже попросили перевести их в другие проекты, несмотря на престижность участия в этой высокоэффективной группе. Руководитель и некоторые ее члены утверждали, что не знают причин возникших проблем. В итоге мы организовали программу тимбилдинга, чтобы все выяснить и помочь команде вернуть прежнюю эффективность.

По результатам бесед с членами команды, наблюдений сотрудников и руководителей из других отделов, а также на основе анализа документов, предоставленных отделом персонала, составили предварительную картину происходящего. Многие работники считали, что причина проблемы – в одном из членов команды, но боялись открыто об этом заявить. Неофициально они сообщили, что этот человек обходит принятые в команде процессы и процедуры, создает конфликтные ситуации, грубо ведет себя на собраниях и скорее стопорит прогресс, чем способствует ему. Кроме того, этот член команды часто опаздывает на собрания, а когда наконец появляется, оказывается, что он не выполнил порученную ему задачу, но неизменно обвиняет других в своих неудачах. Некоторые отметили, что он преследует не согласных с ним коллег и даже угрожает им. При каждом удобном случае он подрывает авторитет руководителя команды – своего начальника.

Между тем другие члены команды считали иначе. Они рассказывали, что этот человек – надежный сотрудник, предлагающий много креативных и новаторских идей, истинный лидер, который вносит большой вклад в достижение общих целей. Несколько членов административного комитета даже заявили, что в перспективе его можно повысить, назначив на руководящую должность. Участники бесед по-разному описывали этого человека. Создавалось впечатление, что они говорят о двух разных людях. Поведение этого сотрудника и разная реакция членов команды (другими словами, разделение группы на сторонников и противников) свидетельствовали о том, что на самом деле происходит нечто более сложное, чем офисные интриги и межличностные конфликты. Но что?

Последующий анализ документов, предоставленных отделом персонала, показал, что этот человек написал ложную информацию в своем резюме, так как на самом деле не имел необходимого опыта и образования, о наличии которых заявил. Кроме того, отдел безопасности обнаружил, что он регулярно берет домой дорогостоящее оборудование компании для личного пользования, а аудиторский отдел нашел подозрительные несоответствия в его счете на оплату текущих расходов. По мере поступления дополнительной информации расхождение между точками зрения сторонников и противников этого работника увеличивалось.

Руководители компании проанализировали информацию, но, к сожалению, прежде чем были предприняты какие-либо действия, произошла реорганизация, и команду расформировали. Ее руководителя перевели в другое место, а человека, который был в центре разногласий, повысили (перевели на должность, раньше занимаемую его боссом) и поставили во главе отдела. О его выходках предпочли забыть.

Я анализировал этот случай долгое время, пока мои деловые отношения с компанией не завершились, но так и не смог найти удовлетворительного объяснения всех противоречий (здесь перечислены лишь некоторые из них). Но однажды, перечитывая книгу Клекли, я понял, что конфликтному члену команды, похоже, свойственны психопатические черты. В моих рабочих заметках и документах оказалось множество примеров действий, подобных описываемым Клекли и Хаэром. По-видимому, психопатией можно было бы объяснить большинство противоречащих друг другу наблюдений, сделанных близкими к этому человеку людьми. Воспользовавшись имеющейся информацией, я заполнил скрининговую версию «Пересмотренного контрольного перечня вопросов для оценки психопатии» (PCL-SV) для этого человека (просто ради эксперимента) и получил поразительные результаты.

Его показатель приближался к PCL-SV психопата и был гораздо выше, чем у многих опасных преступников. Опросник позволяет оценить личность психопата по четырем факторам: межличностная и аффективная сфера, образ жизни и антисоциальное поведение. Преступники-психопаты, как правило, получают высокие баллы по всем четырем показателям, тогда как у обычных людей низкие баллы по каждому. У человека, вызывавшего разногласия в проектной команде, оказались высокие показатели по двум проявлениям и умеренные по двум оставшимся. Составленный профиль указывал, что этому человеку свойственны завышенные представления о собственной значимости, он склонен к манипулированию и обману, не испытывает сострадания к людям и не заботится о них; вместе с тем он менее импульсивен и ведет себя не столь явно антисоциально по сравнению с большинством психопатов. Этот человек не нарушал закон и не подвергал других серьезным преследованиям, насколько нам было известно.

В последующие годы сотрудники, считавшие, что подвергаются преследованиям со стороны сослуживцев, привлекли мое внимание к нескольким людям, работающим в других компаниях. После ряда выступлений и занятий по теме психопатии топ-менеджеры и специалисты по управлению персоналом поделились своими историями о людях, чье поведение создавало определенные проблемы в их компаниях. В отдельных случаях у меня было достаточно информации для оценки этих людей с помощью PCL-SV. У кое-кого оказался такой же профиль, как и у человека, о котором шла речь выше. У других психопатия не подтвердилась, они просто придерживались контрпродуктивного или девиантного стиля поведения на работе по причинам, не относящимся к психопатии. Я все еще размышляю над тем, как лучше различать такие случаи.

За долгие годы работы нам удалось собрать большой массив информации о длительном взаимодействии некоторых отраслевых или корпоративных психопатов с коллегами и руководителями. И постепенно в нашем представлении сформировалась устойчивая модель, уж очень напоминающая описанный ранее паразитический образ жизни. Все наблюдения дают основание предполагать, что в некоторых бизнес-организациях, религиозных общинах, некоммерческих организациях, медицинских заведениях, юридических конторах, общественных и государственных учреждениях можно встретить небольшое число людей с психопатическими чертами. Некоторым высокомотивированным людям с психопатическим типом личности (согласно оценке по PCL-R или PCL-SV) удавалось поступить на работу в организацию, оценить сильные и слабые стороны ее культуры (процессов, коммуникационных сетей, корпоративной политики), использовать в своих целях сослуживцев, устранить противников и получить повышение по службе.

Для того чтобы в полной мере понять, как психопаты это сделали и, что более важно, почему они добились таких больших успехов, понадобились исследования и немного времени. Объекты для изучения мы нашли в компаниях, которые консультировали. После непосредственного сравнения различных случаев были отмечены сходные элементы, причем почти все отраслевые или корпоративные психопаты проходили одинаковый путь карьерного роста. Этим людям удавалось проникнуть в организацию и адаптироваться к ее культуре, манипулировать коллегами и руководителями, о чем подробнее рассказывается в следующей главе.

Задача 1. Проникновение в корпорацию

Первоначальная задача для любого психопата, пытающегося поступить на работу в компанию, – сделать так, чтобы его наняли. Как и тем из них, кто без труда проникает в частную жизнь людей, корпоративным психопатам удается устроиться на работу легче, чем можно было бы ожидать. Причина проста: стандартные методы, используемые для отсеивания кандидатов с недостаточной квалификацией, хорошо известны и не подходят для оценки склонности ко лжи и манипулятивных навыков.

Успех (или неудача) организации во многом зависит от ее человеческих активов: какие знания, навыки и установки привносят сотрудники в свою работу; насколько хорошо они понимают компанию и насколько хорошо она понимает их; как работники ладят друг с другом. Процедура отбора очень важна для эффективности компании, но людей, отвечающих ее нуждам и целям, найти нелегко. Кроме того, довольно трудно найти тех, кто способен развиваться и процветать вместе с организацией, в отличие от тех, кто преследует другие, более эгоистические цели. Личность кандидата, конечно, важный фактор при подборе сотрудников, однако некоторые люди бывают чрезвычайно убедительны и вместе с тем довольно лживы.

Обычно отбор кандидатов на вакантную должность основывается на анализе резюме: есть ли у человека необходимые для эффективного выполнения работы знания, навыки, способности и установки. Несмотря на видимую простоту, этот процесс требует тщательного планирования и больших усилий и вдобавок не защищен от ошибок. Для должностей среднего и низшего уровней перечень требований можно составить посредством наблюдения за сотрудниками, обеспечивающими превосходные показатели. Если же должность новая и в организации нет сотрудников такого плана, руководители низшего звена и работники отдела персонала создают список должностных обязанностей исходя из опыта аналогичных компаний. После того как сформируется четкое представление о требованиях к кандидату на вакантную должность, каждого соискателя можно оценить с помощью тщательной проверки и собеседования.

Такая процедура особенно эффективна в случае технических позиций или тех, что можно отнести к данной категории, в частности должностей в отделе научных исследований и разработок. Однако по мере перехода к вакансиям с широким кругом менее четких обязанностей задача усложняется. В этом случае необходимо включить в список требований ряд других переменных, таких как стратегическое планирование, критическое мышление, свобода действий и лидерство, которые гораздо труднее поддаются количественной оценке. Выбор кандидата на вакантную должность при этом затрудняется, а «внутреннее чутье» или наличие «контакта» начинает играть более важную роль в принятии решения о том, кто является лучшим претендентом. Это становится наиболее очевидным во время личного собеседования – именно там, где психопат подает себя в самом выгодном свете. Чем менее четко определена должность и чем выше ее уровень, тем легче психопату добиться того, чтобы его наняли.

Агентствам по найму руководителей высшего звена хорошо известно, что не менее 15 процентов получаемых резюме содержат искаженные данные или откровенную ложь. Психопаты, отличающиеся, помимо всего прочего, хронической лживостью, умеют весьма искусно составлять фиктивные документы: резюме, рекомендательные письма, благодарности и удостоверения о получении наград. Они могут сфабриковать послужной список, полностью соответствующий должностным требованиям, и подкрепить его фальшивыми рекомендациями, образцами выполненной работы и профессиональными терминами. В эпоху интернета сделать это проще простого, поскольку вся необходимая информация, позволяющая состряпать успешное резюме, находится в открытом доступе.

В общении у психопатов есть такие же преимущества, как и при составлении документов, что особенно заметно во время интервью, где психопатам нет равных. (См. раздел «За кулисами: “темная триада” и переговоры лицом к лицу» в конце этой главы.) Они умеют красиво говорить, выдавая себя за спокойных, талантливых, ярких, восприимчивых, уверенных в себе, решительных людей. Резюме психопатов подкрепляется умением рассказывать истории, поэтому вся представленная ими информация кажется вполне убедительной. К сожалению, если решения о найме принимаются на основе легко фальсифицируемых резюме, а также результатов недостаточно структурированных собеседований, которые проводят неквалифицированные интервьюеры (когда оценка компетентности зависит от способности кандидата убедить интервьюера), компания рискует нанять мошенника.

Еще одна сложность заключается в том, что при найме преследуется множество целей, выходящих за рамки простого привлечения новых или замены уволившихся сотрудников. Во многих организациях, особенно в быстро развивающихся, распространена практика найма сотрудников на основе представлений об их управленческом потенциале или будущем вкладе в работу компании. Другими словами, некоторых людей нанимают потому, что они отвечают требованиям более высокой должности в иерархии или за ее пределами, причем необязательно той, на которую их изначально брали. Как было отмечено, функции высоких должностей определяются более широко, поэтому оценка специальных навыков и способностей не столь актуальна или важна. К сожалению, ничего не подозревающий интервьюер легко поверит в то, что кандидат из числа психопатов, ввиду его убедительного стиля общения, обладает лидерским потенциалом, выходящим за рамки указанных в резюме знаний, навыков и способностей. Умный психопат может создать такой образ идеального кандидата на должность, что даже опытные интервьюеры начинают взволнованно уговаривать его поступить на работу в компанию (как в случае с Дейвом).

Сложно переоценить роль обаяния в умении человека убедить интервьюера в том, что у него есть качества, которые чаще всего ищут в новых сотрудниках. Когда мы расспрашиваем руководителей о том, какие качества они хотели бы видеть в сотрудниках высших уровней управления, многие из них заявляют, что им нужны яркие, добросовестные, честные, социально компетентные работники. К несчастью, те же качества приписывали корпоративным психопатам люди, испытывавшие к ним симпатию и оказывавшие поддержку. Показательно, но именно эти характеристики давали аферистам даже их жертвы, прежде чем осознали, что их одурачили.


Вопросы для размышления

• Приходилось ли вам работать с человеком, который красиво все описывал на словах, но редко выполнял обещанное?

• Как это сходило ему с рук?

• Сталкивались ли вы когда-либо с человеком, который поначалу показался вам честным и искренним, но в итоге вы поняли, что на самом деле все наоборот?

• Что ввело вас в заблуждение?

• Как вам удалось раскрыть обман?

За кулисами

В воскресенье он молился, стоя на коленях. В понедельник охотился на ближнего [87]

Брайан Ричардс проложил себе путь в религиозную общину, убедив ее членов в том, что он «один из них». Ричардс принадлежал к числу мерзких злодеев, присоединяющихся к религиозным, этническим, культурным и другим целевым группам, члены которых разделяют общие интересы и склонны доверять всем, кто утверждает, что имеет такие же убеждения. Многие христианские общины охотно открывают свое сердце новичкам, особенно тем, кто заявляет, что «обрел Бога». К сожалению, часто при этом они открывают и свои кошельки, становясь невольными участниками махинаций, которые классифицируются как «мошенничество, совершенное путем злоупотребления доверием в общинах и группах».

Как писали в Vancouver Sun журналисты Дуглас Тодд и Риск Остон, Брайан Ричардс, настоящее имя Ричард Брайан Майнард, – это сладкоречивый проповедник, который преследует женщин и совершает сетевые мошенничества. Появившись в небольшом канадском городке, Ричардс убедил его жителей, что он такой же христианин, как и многие ничего не подозревающие члены группы, ставшей его мишенью. «Не отчаивайся. Бог всегда рядом».

Ричардс вел программу на небольшой местной радиостанции, называя себя диск-жокеем, который «раскручивает» Иисуса. Помимо незаконного воспроизведения музыки во время своей 30-минутной программы Christian Power Hour, Ричардс организовал множество афер, в том числе продажу неоплачиваемых турпакетов и не принадлежавших ему объектов недвижимости на условиях совместного владения. Кроме того, он управлял христианской службой знакомств, имел множество подруг и «преследовал незамужних женщин». Ричардс пытался устанавливать «мгновенную близость» и часто достигал своей цели, изумляя партнерш невероятными историями, которые многие находили волнующими и увлекательными. Одна из его жертв сказала: «Мне кажется, что, если бы его не было, мир стал бы лучше». Он умер в 2012 году (по неизвестной причине). Одна женщина принесла на могилу цветы.

Подробнее об аферисте во Христе см: Con man for Christ (update) | Vancouver Sun.

«Темная триада» и переговоры лицом к лицу

В главе 2 при описании «темной триады» – психопатии, макиавеллизма и нарциссизма – мы установили, что у всех трех ее компонентов есть общие черты, в частности черствость, отсутствие эмпатии и способность к обману и манипуляциям ради получения контроля над другими.

Несколько исследований демонстрируют, что манипулятивное поведение людей с явно выраженными качествами «темной триады» дает им преимущество при личном общении на работе. Например, в одном онлайн-опросе исследователи предложили респондентам (в основном это были студенты) заполнить небольшой опросник, чтобы оценить проявления этих качеств с помощью самоотчета, а затем ответить на ряд вопросов об использовании ими манипулятивных тактик в рабочей среде [88]. Те, кто получал высокие оценки по критерию «психопатия», одобрительнее отзывались о жестоких приемах, то есть угрозах и явной манипуляции. Те, у кого были высокие показатели «макиавеллизма», использовали как жестокие, так и мягкие приемы, такие как очарование, заискивание, комплименты и обещания. Респонденты с преобладанием нарциссических **** предпочитали мягкую тактику.

Психологи Кроссли, Вудсворт, Блэк и Хаэр провели эксперимент, в котором пары участников (продавец и покупатель) торговались за билеты на концерт, уделяя внимание четырем вещам: цене, атрибутике группы, месту в зале и доступу за кулисы [89]. Переговоры проводились либо вживую, либо с помощью онлайн-связи (в чате Skype без визуального контакта). Участники с высокими показателями «темной триады» добивались лучших результатов при личном общении. И наоборот, те, у кого эти показатели были низкими, лучше справлялись с онлайн-переговорами. Важно еще раз подчеркнуть, что во всех категориях «темной триады» представлены личностные качества, описываемые в первой группе факторов PCL-R [90]. По-видимому, эти черты полезнее всего при живом общении. Авторы статьи также отметили, что психопаты (в соответствии с результатами «Анкеты для определения уровня психопатии» [91] [Self-Report Psychopathy Scale-III]) искусно имитировали мимику собеседника, вызывая в нем ощущение близости и доверие.

Как говорится главе 9, самоотчеты предоставляют общую, но весьма полезную информацию о проявлении темных сторон личности на рабочем месте. Впрочем, тем, кто использует их результаты, не стоит забывать об ограничениях такого подхода.

 

[atella13]

Акт 3, сцена 1. Время для паники

В пятницу Фрэнк ушел с совещания измученный, но довольный тем, что было всего семь вечера. В другие дни он покидал офис гораздо позже.

– Еще одно важное совещание, мистер Фрэнк? – спросила Мариса, руководитель бригады ночных уборщиков.

– Да, все время совещания. Но это было полезным, мы действительно кое-что сделали.

Мариса улыбнулась, и Фрэнк пошел дальше по коридору в сторону своего кабинета. Включив свет, он увидел в центре заваленного бумагами стола папку, оставленную для него Дейвом. Фрэнк нашел там отчет, распечатку слайдов, а также флешку с файлами. «Превосходно!» – подумал он, загружая папку и еще некоторые бумаги со стола в портфель. Повернувшись к двери, Фрэнк вздохнул с облегчением и отправился домой, собираясь замечательно поужинать с семьей, в субботу сходить в зоопарк с детьми, а в воскресенье улететь на совещание, где ему предстояло сделать презентацию.

Когда Фрэнк готовил семье завтрак, аромат бекона, блинчиков и омлета наполнял кухню. Он любил этот воскресный утренний ритуал и часто ходил с детьми в церковь, но сегодня днем ему нужно было улетать, а до этого необходимо завершить работу над презентацией. Большую часть он уже сделал, осталось только включить в презентацию данные Дейва, а потом собраться в дорогу. Салли отвезла детей в церковь. Они должны были пообедать с бабушкой и вернуться домой, чтобы успеть попрощаться с отцом.

«Тишина», – улыбнулся Фрэнк и, прихватив кофе, отправился в кабинет. В понедельник утром ему предстояло выступить на совещании членов исполнительного комитета по вопросам стратегического планирования. В пятницу вместе с другими авторами презентации он проработал последние детали и был уверен, что члены комитета поддержат предложения о создании новых продуктов, ведь в прошлом они всегда его поддерживали. На этот раз исследования Дейва дополнят презентацию.

Фрэнк начал знакомиться с отчетом и графиками. Он внимательно изучал материалы, потягивая кофе, но вскоре вернулся к папке, чтобы проверить, не остались ли в ней еще какие-то бумаги. С растущим беспокойством Фрэнк достал флешку и поискал на ней другие файлы. Больше ничего не было, все материалы лежали у него на столе. Фрэнк начал нервничать, а затем разозлился. «Что за ерунда!» – с досадой произнес он, набирая номер Дейва. Телефон звонил и звонил, но никто не брал трубку, а автоответчика не было. Порывшись в портфеле, он нашел телефонную книжку и позвонил Дейву на мобильный, но звонок был перенаправлен на голосовую почту. Взяв себя в руки, Фрэнк твердо и четко сказал Дейву, что у него нет полного отчета, и попросил как можно быстрее предоставить необходимые данные.

Фрэнк еще раз перечитал материал и понял, что все это ему очень знакомо. Его гнев перерос в страх, когда он осознал, где именно читал этот материал, – в статье, которую их основной конкурент несколько недель назад опубликовал в отраслевом журнале. Фрэнк вытряхнул содержимое портфеля на пол и нашел тот самый выпуск. Быстро перелистав страницы, он отыскал статью. «Боже мой!» – воскликнул Фрэнк, когда понял, что Дейв просто перепечатал в свой отчет некоторые фрагменты статьи. Графики Дейв взял оттуда же, только изменил названия продуктов, включил упоминания о Garrideb Technologies и увеличил все показатели на 12 процентов. Отчет Дейва не содержал никаких новых данных, никаких прогнозов и никакой новой презентации!

Фрэнк сообразил, что нужно делать. Он подключился к корпоративному компьютеру и начал поиск по базам данных. Фрэнк вспомнил, что у него в шкафу остались материалы выездного совещания, которое он сам проводил, прежде чем поручил Дейву работу над проектом за несколько недель до этого. Фрэнк поспешно разослал подчиненным запросы на предоставление информации, надеясь, что, будучи трудоголиками, какими он их знал, они тоже работают дома. Наконец Фрэнк позвонил своему агенту по организации поездок и попросил перенести вылет на более позднее время. Он пропустит коктейль и ужин, но другого выхода нет: ему необходимо закончить работу над презентацией, от этого зависит его карьера.


Фрэнк пытался поспать в самолете, но беспокойные мысли продолжали метаться в его голове. До отеля он добрался на такси. Выйдя из машины, Фрэнк быстро направился к стойке регистрации. Повернувшись к лифтам, он заметил там Джона, своего руководителя, проходящего через лобби-бар. Прежде чем тот вошел в лифт, Фрэнк позвал его взмахом руки.

– Фрэнк, рад, что ты смог приехать. Мы за тебя беспокоились.

– Как дела дома?

– Все замечательно, Джон. Просто пришлось перенести рейс по семейным обстоятельствам. Позвонила мама Салли…

– Никаких проблем, Фрэнк, я все понимаю. Послушай, мне очень понравилась твоя презентация. Думаю, она просто превосходная. На этот раз ты действительно выбил мяч за пределы поля, – с энтузиазмом произнес Джон, похлопывая Фрэнка по спине и увлекая его назад в бар.

– Правда? – спросил Фрэнк, не понимая, о какой презентации идет речь.

– Да, идеи очень оригинальные – именно то, что нужно, чтобы вытащить нас из этого болота и восстановить доверие членов комитета, – ответил Джон, заказывая два мартини. – Знаешь, а ты скрытный: ничего не сказал мне об этом в пятницу. Хотел сделать сюрприз за завтраком накануне совещания?

– Ну… – протянул Фрэнк, пытаясь понять, что происходит. – Джон, а какой вариант презентации я тебе прислал?

– О, я думал, это окончательный вариант, – сказал Джон, когда бармен поставил перед ними напитки, которые он попросил записать на его счет. – Мне прислал его Дейв сегодня вечером.

Фрэнк, хлебнув мартини, переспросил:

– Дейв?

– Да, он позвонил мне и сказал, что у тебя дома какая-то проблема и он не уверен, что ты сможешь приехать на совещание. Он проявил инициативу и отправил мне окончательный вариант презентации, зная, что ты очень занят. – Джон сделал паузу. – Знаешь, он действительно справляется со своей работой, не так ли?

– Я… я… – неуверенно пробормотал Фрэнк.

– Ты правильно поступил, включив в презентацию слайд с благодарностью в адрес Дейва и всех членов команды. Это небольшой перебор, Фрэнк – я имею в виду саму картинку, – но мысль хорошая.

Фрэнк допил мартини и вяло улыбнулся.

– Похоже, у тебя выдался трудный день, Фрэнк. Хочешь еще выпить?


Вопросы для размышления

• Что произошло?

• У Фрэнка оказался не тот отчет?

• Пытался ли Дейв обвести вокруг пальца Фрэнка (и Джона)?

 

[atella13]

Глава 6. Пешки, покровители и простаки

Распределение ролей в драме психопата

– Нас будет двое, – сказал Рон администратору, которая приветствовала его у входа в ресторан.

– Хорошо, прошу сюда, – взяв два меню, она жестом пригласила Рона следовать за ней.

– Отлично, – с улыбкой произнес он, занимая место напротив входа и пряча принесенный с собой пакет для продуктов под стол.

Администратор положила меню и убрала лишние приборы.

– Скоро к вам подойдет Глория, – сказала она улыбаясь. – Могу ли я предложить вам выпить, пока вы ждете?

– Два мартини, сухой и экстрасухой, – ответил Рон, не отрывая взгляда от винной карты.

Рон был лучшим агентом по продажам из всех, кто когда-либо работал в компании. Превосходно владея мастерством личных продаж, он мог переманить в компанию клиентов, даже если у тех уже сложились долгосрочные отношения с конкурентами. Рон мог вести беззаботную жизнь, наслаждаясь служебными привилегиями, такими как арендованный компанией роскошный автомобиль, намного превосходящий по классу стандартный, разрешенный для агентов по продажам его уровня, а также счет для расходов на развлечение клиентов. На эти счета все смотрели сквозь пальцы, хотя иногда и возникали сомнения в целесообразности расходов на спиртное, визиты в мужской клуб и прочие явно необычные вещи. Однако на отчетах Рона всегда стояла подпись босса, поэтому сотрудникам бухгалтерии оставалось только закрывать на это глаза да отпускать шутки о том, как ведутся дела на Западном побережье. В тех редких случаях, когда Джо, региональный директор по продажам и начальник Рона, все же возражал против таких расходов, Рон находил способ уломать его, обещая заключить крупную сделку в ближайшем будущем. Он был весьма настойчив и хорошо знал, как обыграть Джо.

Вскоре, слегка запыхавшись, пришел Джо. Он заметил Рона, внимательно изучающего меню.

– Привет, Рон, отлично выглядишь. Извини, я опоздал. Пробки, как обычно, – сказал Джо, протягивая ему руку.

– Джо, рад тебя видеть, – ответил Рон, поднимаясь, чтобы крепко пожать руку босса. – Сегодня блюдо дня – стрип-стейк «Нью-Йорк». Надеюсь, ты проголодался.

– Меня мучает скорее жажда, чем голод, – проговорил Джо в тот момент, когда принесли напитки.

Рон показал Джо, какой напиток его, и отпустил официантку.

– Выпьем за еще один замечательный месяц, – громко сказал Рон, поднимая бокал.

Пригубив напитки, они приступили к делам. Рон достал свой последний отчет о встречах с клиентами и подал его Джо.

Несмотря на отсутствие продаж в этом месяце, Рон потратил много сил, как говорится, обшаривая каждый куст, иными словами, почти ежедневно встречаясь с потенциальными крупными клиентами.

– А вот отчет о расходах, – проговорил Рон, вручая заодно и ручку.

Джо сделал вид, что просматривает отчет, хотя на самом деле едва взглянул на него, а затем поставил свою подпись.

– Спасибо, Джо, – поблагодарил Рон и пододвинул стоявший под столом пакет в сторону Джо.

Взмахом руки подозвав официантку, Рон заказал еще два напитка, пока они с Джо обсуждали результаты бейсбольных матчей, погоду и внуков босса. Потягивая второй мартини, Джо сказал:

– Рон, у меня для тебя есть новости.

– Да? – спросил Рон, дав знак официантке.

– Я решил уйти на пенсию. В конце месяца я ухожу из компании.

– Замечательно, Джо. Прими мои поздравления! Почему ты решил уйти? – спросил Рон.

– Ну, мне предложили хорошие условия, а поскольку дети уже окончили колледж, мы с женой решили продать дом и переехать жить на озеро. Ты же знаешь, все эти стрессы для меня слишком тяжелы. Надо полагать, наверху тоже это поняли.

– Когда они собираются найти тебе замену? – с улыбкой намекнул Рон.

Зная, что Джо неоднократно рекомендовал его на повышение в отчетах об аттестации, Рон с нетерпением ждал того момента, когда Джо сообщит ему эту радостную новость.

– В том-то и дело, Рон, – медленно начал Джо. – Мне не говорят. Я слышал, что они хотят использовать это место для планового повышения. Возможно, на эту должность возьмут кого-то из другого региона.

– Что?! – краснея, воскликнул Рон. – Что значит кого-то из другого региона? Я здесь лучший! Я знаю территорию – я заслуживаю повышения! Ты же назвал меня своим преемником, не так ли? Разве это ничего не значит?

– Да, разумеется, я включил тебя в план. Каждый год, когда меня спрашивают, я говорю, что ты готов к повышению, но…

– Это неприемлемо! – заявил Рон. – Кто принимает это решение?

– Отдел персонала, конечно.

– Видишь ли, там понятия не имеют, что значит эта работа. Да кто они такие? А что Сэм говорит? – с нажимом спросил Рон, имея в виду начальника Джо, вице-президента по продажам.

– Я говорил об этом с Сэмом, Рон, правда. Я привел ему все аргументы в пользу того, чтобы предложить должность тебе, честное слово. Но Сэму не удалось убедить отборочную комиссию. Они зациклились на показателях продаж и некоторых других аспектах.

– Послушай, Джо, а что, если я позвоню твоей жене? Я объясню ей, что твой стресс…

– Рон, не моя жена принимала это решение, я его принял, – Джо опустил взгляд, а затем посмотрел Рону прямо в глаза и сказал:

– Ну… они приняли это решение за меня. Так будет лучше для всех нас.

– Не могу поверить, что они заставили тебя уйти после всех этих лет.

– Времена меняются, и, думаю, я тоже должен измениться. Они предлагают мне оплатить программу в рамках сделки, чтобы помочь решить мою проблему.

– У тебя нет никаких проблем, Джо, – сказал Рон.

– Спасибо, Рон, но мы оба знаем, что есть, – ответил Джо, понизив голос. – Думаю, они хотят мне помочь. Мало кто получает такую поддержку после увольнения. Они действительно хотят, чтобы я привел свою жизнь в порядок.

Подошла официантка, и Рон заказал вина, чтобы отпраздновать выход Джо на пенсию.

Остаток дня они провели весьма бурно, как и все ежемесячные совместные обеды. Казалось, Рон радовался за Джо – он говорил, как приедет к ним с женой на озеро, чтобы порыбачить и приготовить барбекю. Между тем он мысленно планировал следующий ход.

После обеда они пожали друг другу руки и крепко обнялись.

– Я все оформлю, – сказал Джо, собирая бумаги.

– Не забудь это, – напомнил Рон, имея в виду пакет под столом.

– Больше мне это не понадобится, но спасибо тебе, ты всегда понимал. Я буду скучать по нашей работе.


Рон вошел в свою арендованную компанией квартиру. «**** возьми!» – выругался он, опускаясь в мягкое кресло в гостиной, затем взял мобильный и стал набирать номер. Предстоял долгий вечер общения по телефону: нужно было попросить кое-кого об одолжении и собрать немного компромата на Джека, конкурента на повышение.


Джек получил повышение на должность регионального директора и стал боссом Рона. Будучи методичным, целеустремленным и педантичным человеком, Джек потратил много времени на анализ результатов работы всех агентов по продажам. После этого он планировал встретиться с каждым сотрудником отдела продаж, чтобы обсудить цели, соблюдение сроков и введение новых показателей оценки эффективности работы.

Рон тоже основательно подготовился. Приятели из отдела персонала снабдили его конфиденциальной информацией из служебной характеристики Джека (она была безупречной), а отдел бухгалтерского учета помог понять характер его расходов (они меркли на фоне трат Рона). Даже сослуживцы с прежней работы Джека предоставили Рону информацию о стиле поведения и подробностях семейной жизни нового босса. Пока Джек ездил по региону и проводил личные встречи с агентами, Рон созванивался с коллегами, чтобы выяснить, что именно им говорил Джек. Когда новый начальник прибыл на встречу с Роном, тот был во всеоружии.

Если другие подчиненные были готовы принять новые процедуры, то сослуживцы, знавшие Рона, ждали его реакции на происходящее. В компании его репутация мастера историй всегда вызывала беспокойство у членов комитета по управлению продажами. От прежнего босса, торгового агента старой школы, который поддерживал личные отношения с клиентами, Рон научился привлекать клиентов и заключать сделки с помощью своего влияния и харизмы. Однако с появлением интернета, а значит, и осведомленности потенциальных клиентов, а также нового поколения продвинутых динамичных конкурентов эффективность подобного подхода снижалась. Сэм, вице-президент компании, получил команду Рона и Джо в свое подчинение несколько лет назад. Зная, что Джо близок к выходу на пенсию, Сэм терпимо относился к его методам работы, но был недоволен тем, что Джо всегда поддерживал Рона, прикрывая его, когда тот не обеспечивал целевых показателей продаж, и одобряя его расходы, превышавшие корпоративные нормы. После ухода старого босса стиль Рона стал мишенью для критики, и Джек намеревался заняться этой проблемой.

Джек решил пообедать с Роном, встретившись на его территории. Рон начал с лести, попытавшись умаслить нового начальника бутылкой вина, болтовней о футбольных успехах детей босса и стопками положительных аттестаций, различных графиков и благодарственных писем от крупных клиентов (давних друзей Рона). Однако повлиять на Джека оказалось не так легко. Когда новый начальник начал объяснять, как собирается управлять региональным отделением и каковы будут новые требования, Рон попытался с ним спорить и даже дошел до того, что повысил на него голос, чем привлек внимание посетителей изысканного ресторана. В конце концов Рон заявил, что не нуждается в более строгих мерах контроля, чем те, которые использовал Джо, и пообещал обеспечить все показатели, чтобы Джек мог хорошо выглядеть в глазах высшего руководства. Джек слышал, что Рон порой повышает голос, когда пытается добиться своего, поэтому решил дать ему выговориться, а затем настоять на своем. Аргументы Рона переросли в завуалированные угрозы: он пообещал настроить против нового босса других агентов по продажам, подать на него в суд и, возможно, нанести вред карьере Джека.

«Этот парень спятил», – думал Джек, пока Рон продолжал выдвигать свои аргументы, впадая в бредовые разглагольствования. Почувствовав, что Рон готов вскочить и уйти, Джек сказал:

– Послушайте, Рон, я ценю все, что вы сделали, но отрасль изменилась. Мы больше не занимаем выгодное положение со своими продуктами, а этот регион – ваш регион – самое слабое звено.

– В таком случае вы или они давно должны были уволить Джо! – отрезал Рон. – Я прикрывал его с тех самых пор, как пришел сюда работать. Знаете, каково это – работать на… – запнувшись, Рон сделал паузу, а затем продолжил слегка надтреснутым голосом: – Человека, которого никогда нет на месте, когда он нужен для заключения сделки. Да от него же нельзя было получить стоящий совет, и его постоянно приходилось прикрывать. Я был здесь все время, Джек, и в одиночку боролся за компанию. И вот как меня вознаградили: больше процедур, больше требований, больше нервотрепки!

Хотя проблема Джо была секретом Полишинеля, люди из других регионов не знали о ней, поэтому Джека поразило такое откровение. Он чувствовал, что им не следует касаться этой темы, но начал понимать настойчивость и явное разочарование Рона. Прислушиваясь к жалобам Рона на трудности работы с прежним боссом, Джек попытался применить кое-какие методы управления, которые когда-то изучал. Он польстил самолюбию Рона, сказав, что понимает его недовольство. В конце беседы, когда тот успокоился, Джек пообещал ему переориентировать подход к организации продаж на нынешние потребности компании и принять во внимание все, что Рону довелось пережить.

Разговор закончился на позитивной ноте. Джек считал, что выполнил свою задачу. Целью встречи была попытка изменить подход Рона или предпринять необходимые шаги, чтобы избавиться от него. Теперь Джеку казалось, что, если он наладит отношения с подчиненным, ситуация улучшится. Они договорились встретиться снова через месяц и распрощались, пожав друг другу руки.


Вернувшись в квартиру, сняв пиджак и галстук, Рон устроился на диване, схватил мобильный телефон и набрал номер. «Это будет просто», – подумал он, улыбаясь своим мыслям.


Вопросы для размышления

• Как Рон манипулировал своим боссом Джо?

• Каким образом Рон манипулировал своим новым начальником, Джеком?

• Увенчались ли его попытки успехом?

• Какие психопатические черты вы заметили у Рона?

Дитя в кондитерской

После завершения процедуры приема на работу новые сотрудники проходят подготовку и социализацию, что во многих случаях включает обучение соответствующим их должности профессиональным навыкам, ознакомление с важнейшими корпоративными посланиями и разъяснение ценностей культуры компании. Для многих новичков наступает волнующее и радостное время, поскольку возможность учиться и развиваться на новой работе их сильно мотивирует. Человек с психопатическим типом личности тоже испытывает волнение, но по совершенно иным причинам.

Простой индивидуализированный подход психопата к манипулированию (как видно из примера с Роном), во многих случаях определяющий характер его отношений с миром, особенно эффективен в организационной среде, поскольку ряд аспектов деловой жизни облегчают его применение. Все изначально настроены на то, что нанятые коллеги – честные люди высоких моральных качеств. Во многих организациях честность и порядочность воспринимаются как данность и почти не подвергаются сомнению. Установка на то, что все члены организации одинаково честны, формирует представления сотрудников и руководителей, и они даже не помышляют, что у кого-то из коллег могут быть скрытые мотивы. В такой среде царит доверие, возможно, и не столь высокое, как в религиозных или иных группах, объединенных общими интересами, но вполне достаточное для успешного манипулирования.

Следует также отметить, что организации активно ищут сотрудников, способных ладить с людьми и охотно идущих на компромиссы. На основании собственного опыта читатели без труда поймут, что этот подход вполне обоснован с точки зрения бизнеса. С доброжелательными людьми в принципе легче работается. Умение ладить с окружающими делает трудовую жизнь гораздо приятней, а сотрудничество обеспечивает более высокую продуктивность при минимуме конфликтных ситуаций. Для обозначения этих личностных качеств используются (в том числе) такие психологические ярлыки, как «потребность в принадлежности к группе», «доброжелательность», «социализация». Многие организации при подборе персонала проводят тестирование, чтобы выявить подобные качества, но даже при отсутствии анкетирования на собеседовании делаются попытки получить сведения об этих и других чертах соискателя. Обычно психопаты производят впечатление дружелюбных и доброжелательных людей, способных прекрасно ладить со всеми, но под этой маской скрыты их дурные наклонности.

Большинство сотрудников, присоединяясь к организации, хотят зарабатывать средства к существованию, поэтому трудовая этика закреплена в их сознании с ранних лет. Как таковая работа бывает разной, но под ней подразумевается обмен целенаправленных усилий на деньги или иное вознаграждение. По существу, между сотрудником и работодателем происходит обмен, удовлетворяющий обе стороны. Возможны недоразумения и разногласия в отношении объема затраченных усилий, меры достижения поставленных целей и уровня вознаграждения, но базовая модель остается неотъемлемой частью любых отношений в сфере занятости. Между тем психопаты в силу свойственных им притязаний на особые права и склонности к паразитированию не придерживаются модели справедливого трудового обмена, требуя более высокого вознаграждения за посредственную работу или низкие показатели. Трудовая этика психопата направлена скорее на желание быть привлекательным в глазах окружающих, а вовсе не на то, чтобы достойно делать свое дело. Разумеется, он скрывает эту установку от работодателей и коллег.

Вымышленные истории психопатов

Притом что скрывать свои истинные мотивы в социальном взаимодействии один на один достаточно легко, играть эту роль в рамках полной занятости, когда ежедневно приходится общаться с большим количеством коллег, гораздо сложнее – слишком уж много пытливых глаз вокруг. Мы знаем, что психопаты эгоцентричны, склонны к манипуляциям и безответственны. Как же они маскируются, после того как их принимают на работу и ожидают от них повседневного взаимодействия с остальными сотрудниками? Ответ на этот вопрос кроется в умении психопатов создавать вымышленные истории о себе, отвечающие запросам и ожиданиям компании и персонала.

Идентифицировать организационные нормы не так уж сложно, поскольку компании открыто делятся описанием идеального сотрудника и посредством целевых показателей, заявлений о миссии, стандартов эффективности, кодекса трудовой этики, деклараций о ценностях и других корпоративных посланий поощряют их соблюдение. Кроме того, компании публично вознаграждают лояльных работников с помощью бонусов, повышения по службе, присвоения звания лучшего сотрудника (месяца, года) и иных форм поощрения.

В действительности задача довольно проста, поскольку проницательные психопаты или мошенники умеют выдавать себя за хороших работников с высоким потенциалом, не будучи таковыми на самом деле. В этом смысле образ, персона, которую охотно создает психопат, отражает скорее требования ситуации (например, корпоративной культуры), чем истинный характер человека. Ведь и хамелеон, как известно, имитирует листочек или веточку, но не превращается в них. Сходство сугубо поверхностное и предназначено (в животном мире на инстинктивном, в человеческом – на когнитивном уровне) для обеспечения защиты и одновременно для охоты и использования ситуации в своих интересах.


В предыдущей главе мы говорили о том, насколько легко проникают в организацию люди, обладающие многими психопатическими качествами. После трудоустройства психопаты возвращаются к свойственной им модели поведения – оценка, манипулирование и разрыв отношений, – чтобы создать порой очень тонкий образ себя, построенный на вымысле, который затем они преподносят организации. Это не только позволяет им достичь успеха в манипулировании ею, но и удовлетворяет их тягу к игре, поиску острых ощущений и контролю, принося таким образом двойную выгоду.

В следующих разделах мы расскажем, как психопаты создают и поддерживают вымышленную историю об «идеальном сотруднике и будущем лидере».

ЗАДАЧА 1. ОЦЕНКА ОРГАНИЗАЦИИ И ЕЕ ЧЛЕНОВ

Неудивительно, что манипулятивные приемы социального хищника, которые психопат использует для одурачивания людей, он применяет и в бизнес-среде. Неожиданным может показаться лишь то, насколько легко ему это удается. Первые месяцы работы в компании корпоративные психопаты ее изучают и осмысливают и в конечном счете проникают сквозь организационные барьеры. С этой целью они выявляют ключевых игроков, анализируют личные качества потенциально полезных сослуживцев и изучают характер взаимодействия и коммуникации между сотрудниками. Они встречаются с максимально широким кругом людей, пытаясь на всех произвести хорошее первое впечатление, и собирают как можно больше информации о коллегах. Вскоре психопат начинает понимать, а затем интегрировать элементы культуры организации в свой стиль и подход, конструируя на их основе персону – образ, под прикрытием которого он в дальнейшем будет осуществлять манипуляции.

Формирование основы власти

Чтобы лучше понять, как люди влияют друг на друга, добиваясь своих целей, важно проанализировать роль власти. Организационная ценность человека, определяемая его местом в иерархии, называется позиционной властью. Технические навыки определяют уровень экспертной власти, доступ к информации наделяет властью информационной, а возможность контролировать персонал, деньги и другие активы формирует ресурсную власть. Один из наиболее важных видов – неформальная власть, то есть способность влиять на происходящее без официальных полномочий. Опытные руководители знают неформальных лидеров в своих организациях и часто привлекают их к управлению группами. Мошенники интуитивно находят таких людей и стремятся выстроить с ними прочные отношения, намереваясь использовать их в своих интересах.

В организациях также есть люди, чьи власть и влияние более формализованы. Особый интерес для корпоративного афериста представляют обладатели позиционной власти. Однако сблизиться с теми, кто занимает руководящие посты в компании, – задача не из легких, поскольку они, как правило, очень заняты, много путешествуют и окружены множеством сотрудников, претендующих на их время и внимание. Тем не менее усердный психопат без труда преодолевает эти преграды, используя любую возможность, какой бы надуманной она ни была, чтобы установить контакт с таким человеком и попасть в поле его зрения.

Между тем характер организационных процессов облегчает установление контактов с формальными и неформальными лидерами по типу медового месяца. В период, который может длиться до нескольких месяцев, новые сотрудники должны изучить свою работу и организацию, пользуясь при этом значительной свободой действий. Пребывание на начальном этапе кривой обучения ограждает новичков от критики, пока они беспрепятственно осваивают все особенности корпоративной культуры. В это время умный и мотивированный новичок, полагаясь на простодушие членов организации, может сблизиться с властными лицами, тогда как сотрудники с продолжительным стажем работы либо слишком застенчивы, чтобы приблизиться к таким людям, либо научились избегать их, во многих случаях по политическим или личным мотивам.

Корпоративных психопатов, буквально в лифтах и коридорах начинающих знакомиться с руководителями среднего и высшего звена, в итоге приглашают в кабинет, причем они беззастенчиво пренебрегают субординацией, которой придерживаются остальные. Вспомните, как Дейв без ведома Фрэнка явился в офис СЕО в свой первый рабочий день! В результате к концу «медового месяца» они обеспечивают себе сильное позитивное присутствие и идентичность в сознании ключевых игроков, которые могут пригодиться им впоследствии.

Талантливый корпоративный мошенник без труда добивается того, чтобы топ-менеджеры воспринимали его как амбициозного, мотивированного игрока. На коллег корпоративный аферист производит впечатление приятного, немного самовлюбленного и склонного к манипуляциям, но все же дружелюбного, открытого и честного человека. Будь то неформальный лидер, обладатель власти или рядовой работник, каждому из них симпатичен новый харизматичный сотрудник, ведь он стремится стать полноправным членом команды и демонстрирует ей уважение и восхищение.

Безусловно, почти все новички пытаются понять и использовать в своих целях социально иерархическую структуру компании, но психопаты делают это без намерений реально обеспечивать результаты работы, соразмерные получаемому вознаграждению. Кроме того, эмоциональная бедность не позволяет им испытывать преданность или лояльность по отношению к организации и сослуживцам, хотя они умеют говорить правильные слова, указывающие на их глубокую приверженность. Воодушевление, демонстрируемое психопатом окружающим, можно сравнить с восторгом ребенка, оказавшегося в кондитерской.

Роли второго плана: пешки и покровители

Психопат – сценарист, режиссер и главный исполнитель в своем спектакле, но ему важно, чтобы окружающих можно было назначить на роли второго плана. Основная цель психопата при создании вымышленной истории – убедить других в своей честности, порядочности и искренности. Одновременно он фокусируется на выявлении потенциальных пешек – людей, у которых есть то, что ему необходимо, – и манипулировании ими. В организации может быть много пешек, располагающих различными ресурсами, такими как информация, деньги, специальные знания, персонал, влияние, контакты и прочее.

Впоследствии, когда психопату понадобится тот или иной ресурс, он будет манипулировать пешкой, чтобы его заполучить, или попросит прямо. Просить «друзей» об одолжении и никогда не отвечать им тем же – на удивление распространенный метод у психопатов. Многие так сильно очарованы персоной мошенника-психопата, что дают ему все, что он ни попросит, какой бы неприемлемой или возмутительной ни была просьба (так, Джо одобрял фиктивные отчеты о расходах, предоставленные Роном).

Среди сторонников психопата мы часто обнаруживали небольшую группу руководителей высшего звена, которые мало общались с этим подчиненным, но принимали созданный им образ, основанный на мимолетных впечатлениях, а также на том, что знали о его репутации. Несмотря на ограниченность их контактов, каждый случай общения с этим человеком был настолько тщательно продуман и производил такое хорошее впечатление, что его сторонники на высших ступенях иерархической лестницы вставали на его защиту. Будучи уверенными в лояльности, компетентности и исключительной успешности подчиненного-психопата, они делали акцент на его положительных сторонах, игнорируя отрицательные черты.

Поначалу этот феномен вызывал недоумение. Почему такие, казалось бы, проницательные деловые люди рьяно поддерживают сотрудника низшего уровня, если заведомо мало с ним общались? На наш взгляд, образ вымышленного «идеального сотрудника и будущего руководителя» настолько убедителен, что многие легко поддаются его очарованию. Происходит нечто из ряда вон выходящее: по причинам, которые еще предстоит определить, руководитель начинает выступать в качестве покровителя психопата. Покровители – это влиятельные топ-менеджеры, которые берут талантливых сотрудников под опеку, чтобы помочь им добиться успеха в организации. Разрушить такие отношения очень трудно. Заручившийся поддержкой заступников психопат практически неуязвим. Влиятельные руководители неосознанно защищают его от критики, а в дальнейшем могут поддержать его карьерный рост, давая повышение или назначая своим преемником.

Психопат плетет сети личных и (если возможно) близких связей, поддерживая вымышленный образ «идеального сотрудника и будущего руководителя». На этапе оценки он расставляет фигуры на доске, выделяя пешек, которыми будет манипулировать, и покровителей, которые будут неосознанно его поддерживать.

Нужно отметить, что многие талантливые и целеустремленные сотрудники стараются произвести хорошее впечатление на окружающих, при этом мало кто из них обманывает или манипулирует в такой степени, чтобы поставить под угрозу целостность организации. Однако на этом этапе чрезвычайно трудно, если вообще возможно, отличить обычное управление впечатлением от обмана, к которому прибегает социальный хищник.

Хотя мы выделили оценку как отдельный этап, на самом же деле это непрерывный процесс, который происходит каждый раз, когда психопат встречает нового человека. В современных организациях работники постоянно перемещаются, в силу чего возникают новые связи и бизнес-проблемы. В результате организационных перемен у психопатов появляется возможность оценивать потенциал новых игроков как пешки или покровителя, по мере того как люди поступают на работу в компанию или занимают другую должность. Постоянные изменения, так огорчающие многих из нас, усиливают интерес, повышают сложность задач и открывают новые возможности для психопата в поддержании его вымысла, а этот фактор мотивации незначительно отличается от того, что он испытывает при обычном взаимодействии. Подробнее мы поговорим об этом в следующей главе.

ЗАДАЧА 2. МАНИПУЛИРОВАНИЕ РУКОВОДИТЕЛЯМИ И КОЛЛЕГАМИ

Этап манипуляции охватывает большую часть повседневной жизни психопата в организации. На этой стадии с помощью манипуляций он пытается добиться своей цели – например, нимало не заботясь о пагубных последствиях для окружающих, создать мошенническую схему, которая удовлетворит его потребность в острых ощущениях, продвижении и власти. Как правило, психопат делает это посредством манипулирования коллегами (например, Дороти), топ-менеджерами (Фрэнк и Джон), поставщиками или клиентами. И это удовлетворяет его тягу к стимуляции и играм. Победа почти всегда приносит ему вознаграждение в виде материальных благ и власти, в частности стабильную заработную плату за труд, который редко доводится до завершения, а также продвижение на более высокую должность.

Манипулирование сердцами и умами

Многие психопаты предстают мастерами человеческой психологии, способными находить и эксплуатировать чужие слабости. Неясно, следствие ли это их врожденного таланта или усердных поисков рычагов влияния. Например, корпоративный аферист Дэн использовал неформальную власть Чака в организации. Чак был очень приятным человеком с безупречной репутацией надежного сотрудника компании. Его порядочность была неоспоримой, эффективность работы – выше всяких похвал, а решения по поводу своих, а порой и чужих задач редко ставились под сомнение. Осознав потенциал Чака, Дэн сделал все возможное, чтобы завязать с ним отношения. Со временем связь усилилась до такой степени, что Чак начал испытывать с Дэном особое родство, усмотрев в нем потенциал в плане экстраверсии и лидерства, которого сам был лишен. Дэн представлялся ему таким человеком, каким хотел бы стать сам Чак. Некоторые коллеги даже называли Чака тенью Дэна, поскольку они всегда были вместе. Другие называли их родственными душами. Связь с Чаком и его рекомендации обеспечили Дэну репутацию компетентного, лояльного и талантливого сотрудника, во многом похожего на Чака.

В ряде случаев Чак объяснял темперамент Дэна его артистическими, творческими наклонностями. То, что другие считали грубостью и враждебностью, Чак оправдывал стремлением Дэна отстаивать свои убеждения. Он защищал Дэна перед остальными сотрудниками, но особенно полезным для Дэна стало то обстоятельство, что Чак считался признанным экспертом в своей, а также многих других областях деятельности. Оказалось, что Чак играл ключевую роль в успехе Дэна, засиживаясь допоздна, чтобы помочь «другу» с рабочими заданиями. Никто в компании и не догадывался, что на самом деле Чак выполняет работу Дэна, пока тот плетет интриги и манипулирует сотрудниками.

Пытаясь понять и объяснить эффективность манипуляций психопатов в организациях, мы сначала думали, что они просто добиваются расположения высших руководителей и лиц, наделенных самой большой властью, и в то же время плохо обращаются с сослуживцами и подчиненными, находящимися на более низких уровнях иерархии. Однако чем больше мы узнавали об этих людях, тем меньше наши наблюдения можно было объяснить простой угодливостью: большинство руководителей и коллег были слишком умны, чтобы надолго попасть в ловушку психопата. Отношения между объектами наших исследований и их защитниками оказались более сложными.

Применяя широкий круг методов влияния, психопаты оперировали личными связями для сбора информации, которую могли бы использовать для развития собственной карьеры, подрыва карьеры соперников или получения технической поддержки в случаях, когда компания требовала выполнения работы. Так, план игры психопата предусматривает манипулирование сетями коммуникации, для того чтобы укреплять свою репутацию, выставлять других в невыгодном свете и создавать конфликты и соперничество между членами организации, затрудняя тем самым обмен информацией, способной раскрыть его обман. Кроме того, психопат распространяет сведения, призванные защитить его махинации и помочь дальнейшему развитию карьеры. Будучи чрезвычайно умными и скрытными, психопаты умело маскируют свою связь с распространяемой ими дезинформацией, заставляя окружающих верить в то, что они не имеют к манипуляциям никакого отношения.

Кроме того, они использовали секретность для укрепления выстраиваемых связей. Даже притом, что человек, которому вы открыли свою тайну, может рассказать о ней другим, все же подразумевается определенное доверие, неизбежно рождающее ожидание дружбы и уважения. Так, Чак восхищался Дэном и стремился имитировать его общительный, настойчивый характер, но ни в коем случае не хотел, чтобы об этом узнали окружающие. Став другом Дэна, Чак получил возможность изучить его модели поведения и (очевидно, личные) идеи, чтобы перенять некоторые из них. Втайне помогать Дэну с выполнением рабочих заданий – не такая уж большая плата за дружбу. Вдобавок это напомнило Чаку то время, когда он помогал делать домашние задания одноклассникам и однокурсникам. Кроме того, Чак был уверен, что Дэн никому не раскроет его сокровенных стремлений и будет продолжать о нем заботиться. В этом он смог убедиться, когда Дэна выбрали для участия в организованных компанией семинарах по вопросам управления, – такой превосходной возможности у Чака никогда не было. Эти двое естественным образом дополняли друг друга, поэтому Чак так и не понял, что, по сути, стал сообщником Дэна.

Психопаты также находят и используют неформальных лидеров, чтобы обеспечить себе поддержку в стремлении к власти и статусу. Наделенные неформальной властью люди есть в каждой организации, и они играют ключевую роль в поддержании ее повседневной деятельности. В качестве примера приведем Мэри, секретаря-референта в крупной организации. Она замечательный человек, обладающий богатейшей информацией о компании и сотрудниках, что позволяет ей быть основным каналом «сарафанного» радио. Совершая ежедневный обход компании, Даг всегда останавливался у стола Мэри. После обычного приветствия и праздной болтовни он часто делился с ней «секретными» сведениями о важных сторонах деятельности компании, ключевых руководителях и грядущих переменах. Воодушевленная доверием и вниманием со стороны человека, занимающего более высокую должность, Мэри в свою очередь раскрывала Дагу закулисную информацию, полученную от сотрудников.

Понимая, что во всех слухах, распространяемых в организации, есть доля правды, Даг умело выделял потенциально полезную информацию и запоминал ее, чтобы использовать в будущем. Когда возникала подходящая возможность, он капитализировал эти сведения, сближаясь с ключевыми игроками и давая им понять, что многое знает о важных проблемах и решениях, принимаемых в организации. Полагая, что у Дага есть доступ к внутренней информации, эти люди не видели ничего плохого в том, чтобы поделиться с ним дополнительными сведениями, которые он мысленно каталогизировал.

Между тем Мэри охотно делилась с сослуживцами положительными историями о Даге, на все лады расхваливая его порядочность, искренность и великодушие. «Я слышала, что он хорошо справляется с работой, и знаю, что это действительно так», – говорила она всем, кто был готов слушать. Кроме того, Мэри рассказывала, что Дагу поручали важные проекты и он помогал другим сотрудникам с выполнением заданий, не приписывая себе никаких заслуг. По ее словам, некоторые топ-менеджеры делились с Дагом важными данными, поскольку доверяли ему, поэтому он имел доступ к внутренней информации о будущем компании. Эти и другие истории ходили по всей организации задолго до того, как его имя попало в корпоративный план замещения вакантных должностей. Кто был первоисточником всех этих историй? Разумеется, Даг.

С помощью манипуляций психопаты добиваются того, что коллеги не только их прикрывают, но и выполняют часть их работы в обмен на нечто, не всегда очевидное для наблюдателей. Например, все, что требовалось Чаку, – немного внимания и похвалы за усердный труд, и Дэну вполне эффективно удавалось удовлетворять эту нужду. Мэри хотела получать достоверную информацию, и Даг знал, как на этом сыграть.

Однако наибольший и, пожалуй, самый интересный вызов для психопатов – это втереться в доверие к человеку с такими ярко выраженными личными качествами, как нарциссизм, напористость и стремление к власти. Эти люди особенно ценны для психопатов, потому что нередко находятся в высших эшелонах корпоративной иерархии.

Любопытно, что те, кто считает себя умнее и талантливее окружающих, обычно бывают очень удивлены, узнав, что пали жертвой психологической манипуляции. Доля нарциссов среди руководителей организации, как правило, очень велика. Будучи в высшей степени эгоцентричными, они используют, а порой и третируют подчиненных, одновременно заискивая перед начальством, чтобы обеспечить себе карьерный успех. (О сходствах и различиях между психопатами и нарциссами подробно рассказано в главе 3) Мы беседовали со многими менеджерами нарциссического склада, которые стали жертвами корпоративных психопатов: им (директорам, юристам, врачам, политикам) было нелегко признать, что кто-то обыграл их на родном поле. Кроме того, психопатам часто на руку то, что такие люди редко обращаются за помощью и оценкой, пока не станет слишком поздно. Это делает их идеальной мишенью для долгосрочных манипулятивных схем.


Наблюдатели с малой полезностью: статисты

Впрочем, не все, с кем сталкиваются психопаты, им интересны. Многие коллеги и даже менеджеры не обладают влиянием, ресурсами или положением, которое психопаты могут обернуть себе на пользу. Не попадая в зону внимания психопатов, эти люди находятся в положении, которое позволяет им разглядеть, что происходит на самом деле. Мы нашли коллег и руководителей, распознавших некоторые манипуляции и обман психопатов. Одна из таких групп – статисты (люди, не подвергавшиеся активному манипулированию), которые работали вместе или рядом с психопатом и замечали его непоследовательность, ложь и обман.

В некотором смысле им удалось заглянуть под маску психопата и подвергнуть сомнению его вымышленную историю. К несчастью, мало кто из них сообщал о своем беспокойстве жертвам мошенников или руководству. Чаще всего статисты объясняли молчание так: «Я занимаюсь своим делом», «Никто меня не станет слушать», «Я не вправе вмешиваться». В редких случаях они высказывали такую точку зрения: «Если жертвы настолько глупы, что купились на это, значит, они того заслуживают». Другие наблюдатели утверждали, что подозрительный человек был слишком влиятелен, чтобы переходить ему дорогу, и предпочитали держаться от него подальше.

Во время конфиденциальных бесед в рамках исследований мы слышали истории, которые помогли нам понять, как действовали психопаты. Члены группы наблюдателей привели много примеров лживого поведения, взяв с нас обещание не разглашать их имен. «Он лжец и манипулятор. Даже поразительно, что он так успешен, но, может быть, сейчас это уже неудивительно», – вот вывод некоторых бывших коллег психопата. Сотрудников-психопатов часто считали источником конфликтов, которые во многих случаях они намеренно провоцировали, сталкивая людей друг с другом. «Она сначала рассказывает одну историю, а затем совершенно иную кому-то другому. Порой она говорит одному человеку: “Такой-то сказал о тебе вот что”, а потом проделывает то же самое со вторым, – возмущается бывший коллега. – Все это напоминает школьные годы».

Как мы и подозревали, многие статисты, которые поначалу испытывали симпатию к манипулятивному сослуживцу, со временем перестали ему доверять. «Он грубый, эгоистичный, ненадежный и безответственный, – признался коллега корпоративного психопата, – но в самом начале он мне очень нравился». «Я знал, что ее истории – преувеличение, – поведал еще один представитель группы наблюдателей. – Много раз она откровенно лгала, но мне никогда не хотелось – и, думаю, этого не хотел никто из нас, – вывести ее на чистую воду». После паузы он продолжил: «Настоящая змея, хотя много чести – она этого не заслуживает».


Противники: организационная полиция

Некоторые люди выполняют в организациях функцию полиции, особенно если в их должностные обязанности входит поддержание порядка и осуществления контроля. Это могут быть сотрудники отдела персонала, безопасности, аудиторского отдела или отдела контроля качества и других функциональных подразделений. Подобные люди необходимы для обеспечения беспрепятственного функционирования любой организации, и они представляют угрозу для корпоративных психопатов, в силу чего те пытаются как можно дольше избегать с ними контакта. Если выполняющий полицейские функции сотрудник кого-то заподозрит, ему нужно дать отпор этому человеку и (или) сообщить о его поведении руководству. У многих из тех, кто осуществляет полицейский надзор в организации, превосходное критическое мышление, и они владеют навыками проведения расследований, а также понимают, что на них возложена особая ответственность, которую усиливает профессиональная и личная этика и моральные ценности.

Хотя сотрудников, выполняющих полицейские функции, в организации не так уж много и они редко поддерживают постоянный контакт с психопатом, они оказывались весьма проницательными, когда дело доходило до подозрений. «От этого парня не следует ждать ничего хорошего», – заявил аудитор, проверявший отчеты о расходах. «Я ей не доверяю: она слишком хороша, чтобы это было правдой», – сказал менеджер по найму персонала. «У меня плохое предчувствие, – поделился сомнениями руководитель службы безопасности. – Я понаблюдаю какое-то время за этим человеком». В корпоративной среде этих людей иногда называют штатной полицией, хотя многих из них коробит от таких слов. Между тем их функция (как у их коллег из правоохранительных органов) – защищать организацию и ее членов. На наш взгляд, поскольку эти люди отслеживают недобросовестные и незаконные действия, такие как ложь, мошенничество, травля, воровство, они способны на раннем этапе раскрывать манипуляции психопатов. К сожалению, по меньшей мере в нескольких случаях из тех, что мы проанализировали, организационная полиция не смогла добиться существенных улучшений. Хотя эти люди сообщили о своих наблюдениях, собрали информацию о нарушении политики компании и подняли вопрос о «спорных» межличностных связях, они не смогли повлиять на решения руководства в отношении мошенника, удачно закрепившегося в компании. Без поддержки топ-менеджмента организационная полиция не в состоянии раскрыть субкриминальное поведение корпоративного психопата и справиться с ним.

Расхождение взглядов

Во всех случаях корпоративного мошенничества больше всего поражает неоднозначная реакция на происходящее сослуживцев афериста: одни воспринимали его действия в позитивном, благоприятном свете, другие – в негативном. Мы долго не могли понять, как психопату удается поддерживать вымышленный образ в среде, где в его порядочности сомневаются. Но постепенно нам стало ясно, что психопат стремится уравновесить противоречивые взгляды коллег, постоянно используя свое обаяние и время от времени прибегая к запугиванию. Ему также удается воспользоваться доверчивостью сотрудников и частыми организационными изменениями для поддержания своей вымышленной персоны в глазах самых важных для него людей. С точки зрения «группы поддержки» психопата (этих людей мы назвали пешками и покровителями), это ценные работники, вносящие вклад в успех организации, командные игроки и последователи корпоративной культуры. Но с точки зрения противников (статистов и организационной полиции), это люди, за которыми замечено манипулятивное поведение, обман и нарушения.

Безусловно, одни и те же люди могут вызывать у окружающих как симпатию, так и антипатию, будь то на работе, дома или в школе. Однако в организации, как правило, существуют две точки зрения. Мнение большинства основано на узнаваемой организационной проблеме, такой как борьба за сферы влияния. Позиция меньшинства базируется на проблеме личного характера, например на зависти. Обычная офисная борьба редко принимает столь явную и острую форму, к которой прибегают психопаты. В ходе исследований мы обнаружили, что противники корпоративных аферистов презирают манипуляторов, а сторонники, напротив, почти преклоняются перед ними, благодаря чему создается впечатление, будто сотрудники описывают разных людей. Во многих случаях сослуживцам казалось, что в зависимости от ситуации психопат способен переключаться с приветливого и дружелюбного отношения на безучастное, сдержанное или почти враждебное.

ЗАДАЧА 3. РАЗРЫВ ОТНОШЕНИЙ

Поскольку психопату больше не нужно держать лицо перед людьми, утратившими для него полезность, он разрывает с ними отношения. Брошенные супруги с детьми и пожилые люди, потерявшие все свои сбережения, – типичные примеры их жертв. Однако разрыв не всегда влечет за собой осознание человеком того, что его обвели вокруг пальца и использовали. В частности, инвестор, не способный увидеть события в реальном свете, продолжает верить в добрые намерения разоблаченного мошенника, несмотря на потерю сбережений.

Психопат разрывает отношения с пешкой как в социальном (больше не общается), так и в психологическом смысле (дружба, сложившаяся в рамках психопатической связи, превращается в холодность и равнодушие). А поскольку он продолжает работать в организации и не может сбежать с места преступления, это становится очевидным как для тех, кого это непосредственно касается, так и для окружающих. Драматический переход от роли дружелюбного коллеги к бесстрастному незнакомцу – неизменный элемент манипулятивного поведения – влияет на жертвы предсказуемым образом: многие сначала пытаются найти причину в собственном поведении, считая себя виновником перемен, которые видят в психопате. «Что я сделал?» – типичные сомнения жертвы корпоративного афериста. Хотя пешки еще не понимают, что произошло, они начинают видеть проблески истинного лица мошенника (осознание этого, как нам говорили, «пугает до мурашек»). В конце концов пешки приходят к выводу, что оказались простофилями. Их одурачили, оскорбили; им трудно поверить, что человек, которому они симпатизировали и доверяли, предал их.

Вместе с тем мы обнаружили, что прозрение жертв не всегда связано с серьезной ситуацией. Иногда какое-нибудь незначительное событие меняло их восприятие так сильно, что они наконец начинали видеть все в истинном свете. Однако во многих случаях стыд мешал пешкам открыто выступить против манипулятора.

Те, кто был готов обсудить с нами отношения с сослуживцами, которые ими манипулировали, рассказывали, что чувствовали себя брошенными, когда эти люди переключали внимание на других. Кроме того, они пережили наиболее распространенную реакцию жертвы – желание умолчать, вызванное чувством стыда из-за того, что их одурачили. Как и многие другие жертвы, они хотели сохранить этот неприятный эпизод в тайне. Безусловно, подобная реакция на руку психопату, которого защищают недомолвки и секретность. Показательно, что некоторые даже испытывали разочарование, когда психопат переключал внимание на кого-то другого из их организации. Когда он переставал интересоваться ими, людям казалось, будто они потеряли нечто ценное – близкого друга. Подробнее о влиянии психологической манипуляции мы поговорим в главе 12].

ЗАДАЧА 4. КОНФРОНТАЦИЯ

Со временем манипулятор сталкивается с необходимостью управлять усиливающимся расхождением мнений множества сослуживцев относительно его истинной сущности. На наш взгляд, ситуация начинает ухудшаться в тот момент, когда сеть лжи и манипуляций слишком разрастается, и многие начинают видеть темную сторону личности психопата. В конце концов кто-нибудь, например брошенная пешка, попытается что-либо предпринять, скажем попробует поставить под сомнение его действия, вступить в конфронтацию или привлечь к нему внимание руководства. К сожалению, к этому моменту психопат уже укрепил свои позиции с помощью сетей влияния, сформированных с иерархией власти, и меняет ситуацию не в пользу недовольного сотрудника, репутация которого подорвана, тем самым пресекая его попытку раскрыть правду.

На сослуживцев, ставших очевидцами событий, это действует вдвойне устрашающе. Те, кто трудится рядом с человеком, потерпевшим поражение в этой борьбе, и в непосредственной близости от него, видят деморализующие последствия такого противостояния и приходят к выводу, что бороться с корпоративным аферистом себе дороже. Кто-то может прийти к выводу, что психопата выбрали для назначения на руководящие должности, а значит, он непогрешим и неуязвим перед любыми нападками. Уверившись, что он находится под защитой высшего руководства, люди убеждаются в бесплодности борьбы против этого человека. Некоторые могут сделать вывод, что их руководители не настолько проницательны, как считалось, и, вместо того чтобы сообщить топ-менеджерам о появлении лжеца в коллективе, займут выжидательную позицию. Тенденция к осторожному бездействию среди сослуживцев психопата – еще один аспект незаметного, но мощного влияния мошеннического поведения на организационную культуру. После нейтрализации конкурентов и противников психопат волен продолжать свою стратегию. Созданная им для себя и защищенная от нападок соперников ниша позволяет ему надолго задержаться в организации.

На этом этапе стало очевидно, что корпоративные психопаты, которых мы изучали, на первых порах вызывали у всех симпатию, поскольку умели создавать и поддерживать благоприятное впечатление о себе. Однако со временем некоторые сослуживцы начинали осознавать, что происходит, и восставали против манипулятора. С учетом такого развития событий логично было бы предположить, что в конечном счете психопат потерпит неудачу и его истинные намерения будут раскрыты или он попытается создать проблемы тому, кто не лыком шит, и будет изгнан из организации прежде, чем нанесет ей значительный психологический и материальный ущерб. Однако этого не происходит. Большинству психопатов удается продолжать строить успешную карьеру там, куда они первоначально поступили. Некоторые перешли на более высокие должности в другие компании (иногда конкурирующие) и, по всей вероятности, смогли извлечь из этого еще больше пользы, чем в тех организациях, где мы с ними познакомились. К сожалению, неизвестные жертвы этих людей были уволены в результате реорганизации, и, возможно, их карьера пошла под откос, или они с отвращением покинули свою компанию.

Естественное развертывание психопатической стратегии поведения (оценка, манипулирование, разрыв отношений) часто можно наблюдать в обществе, поскольку психопаты переходят от одной жертвы к другой. Мы включили в эту цепочку еще и начальный этап, отражающий проникновение психопата в организацию. Теперь пришло время добавить следующий этап, который мы называем восхождением.

ЗАДАЧА 5. ВОСХОЖДЕНИЕ

Корпоративные психопаты строят карьеру, приводящую их на все более высокие ступени в организационной иерархии. Однако это не обязательно должность СЕО, нередко для них самой привлекательной становится должность, занимаемая их покровителями.

Возможность карьерного взлета появляется тогда, когда сеть манипуляций психопата расширяется настолько, что начинает охватывать всю иерархическую структуру организации, а все ключевые игроки оказываются на его стороне. Почти в одночасье и практически мгновенно для жертвы вся система власти выступает в поддержку психопата, который получает должность своего смещенного покровителя. Некогда могущественный и влиятельный покровитель, защищавший психопата от подозрений и обвинений, способствовавший его продвижению по службе, предоставлявший перспективные рабочие задания, вдруг обнаруживает, что его предали. И в результате становится козлом отпущения, теряет статус в организации, а порой и работу, а психопат нередко усаживается в его кресло.


Вопросы для размышления

• Подумайте о главных действующих лицах в спектакле психопата – пешки, покровители, статисты и полиция. Приходилось ли вам наблюдать, как психопаты взаимодействуют с этими людьми на работе?